От асфальта было очень удобно отталкиваться. Я буквально полетел вперед, а позади меня уже полыхало почти невидимое в ночи ледяное и черное пламя. И это был лишь первые удар. Находившиеся вокруг меня тени от фонарей, скамеек и кустов вдруг все рванулись ко мне.
Приземлившись на скамейку, я оттолкнулся от неё и прыгнул вверх и вперед. Жан Ингхальд прищурился, на мгновение в его глазах мелькнула тень испуга, но он быстро оценил обстановку и принял единственное верное решение. Маг резко махнул рукой в мою сторону и что-то выкрикнул, с его пальцев сорвалось небольшое темное облачко и полетело прямо в меня. В воздухе я уже не мог ни отклониться в сторону, ни защититься каким-либо образом. Впрочем, мой враг тоже не успевал сделать ничего другого, мы оба все поставили на один удар.
Я успел почувствовать касание мертвенного, мгновенно пробирающего до костей холода, а потом перед глазами на долю секунды мелькнули золотые искры. Маг успел сильно удивиться, а потом дуэль для него закончилась. Я врезался в него всем телом, одним легким ударом вырубил его, подхватил и аккуратно уложил на асфальт, чтобы он не дай бог не поранился при падении.
— Дуэль окончена! — немного растерянным голосом сообщил судья.
Собравшиеся маги смотрели на меня со смесью удивления, раздражения и брезгливого презрения, как будто бы на их глазах небольшая мышка отправила в нокаут кота. Вроде и очевидно, кто победитель, но признавать эту победу никак нельзя.
— Ты в порядке?! — выпалила подбежавшая ко мне Феникс.
Волшебница, не дождавшись моего ответа, тут же схватила меня за руку и внимательно всмотрелась в мое лицо. А потом очень удивилась, но, быстро оглянувшись на Сергея и Светлану, промолчала.
— Странно, — задумчиво проговорила Светлана, подходя ко мне. — Мне казалось, он успел сплести… наверное от спешки ошибся…
— Я все правильно сделал? — спросил я.
— Ага, — кивнул Сергей. — Особенно когда показал всем, что на тебя не действует одно из десяти лучших боевых заклинаний.
— Оно не может не действовать, — возразила Светлана. — Даже учитывая природную сопротивляемость Игоря, просто Ингхальд не успел его сплести правильно.
Сергей промолчал, задумчиво глядя на меня, потом произнес:
— Инцидент исчерпан. После этого, я думаю, никто не рискнет задирать тебя или Феникс, но все-таки — постарайся не вляпаться во что-нибудь еще!
Сергей и Светлана вернулись в зал, а мы с Феникс остались в парке. Она сказала, что хочет подышать свежим воздухом. Мы неторопливо пошли по аллее.
— Вот зачем ты все-таки вмешался? — проворчала Феникс. — Я только-только начала думать, что этот бал не так уж плох, как ты все испортил…
— Уж извини, но я не привык к тому, что тебя оскорбляют.
— Я тоже успела отвыкнуть, — вздохнула рыжая. — Хотя, в чем-то они правы…
— Да плевать мне на их мнение, — ответил я. — Для меня ты сильнейшая волшебница, и что гораздо важнее — мой напарник и друг.
Феникс улыбнулась и взяла меня за руку. Вместе мы пошли по аллее вглубь парка. Там было тихо и свежо, людей не было, а музыка из бального зала не доносилась. Я думал, что она просто прогуливается, но на самом деле Феникс шла к просторной лужайке, раскинувшейся вокруг величественного дуба. Лукаво улыбнувшись, она разулась и, взяв в другую руку туфли, пошла босиком по мокрой от ночной росы траве.
— Ох, — с облегчением выдохнула Феникс. — Полвечера об этом мечтала.
— А зачем тогда вообще туфли на каблуках обувала? — удивленно спросил я.
— Да что ты понимаешь!
Действительно…
— А тебе что, не нравится? — Феникс игриво улыбнулась и, сделав большой прыжок, несколько раз крутанулась на траве, словно в танце с невидимым партнером. Края платья приподнялись, открывая крепкие ноги девушки. — Не нравится, когда я на каблуках и в платье?
— Почему сразу не нравится? Нравится, очень даже, просто если тебе неудобно, то зачем такие туфли носить?
Феникс вздохнула и махнула на меня рукой. Она легкой пританцовывающей походкой пошла по траве, что-то тихо напевая себе под нос.
— Смотри, какие звезды красивые! — неожиданно воскликнула Феникс.
Действительно, очень красивые. Яркие и холодные, они мерцали в темном небе, равнодушно глядя на все происходящее на Земле. Здесь — вдали от городских огней — любоваться ими было одно удовольствие.
— Роса холодная уже, смотри не простудись.
— Зануда, — с улыбкой отмахнулась Феникс.