Перец, живя на биостанции, до сих пор не видел прыгающих деревьев, хотя раньше, по рассказам Риты, они туда запрыгивали иногда. Но теперь, видимо, почуяв опасность, так сказать, ни ногой. Фитотелепатия работала четко. Здесь же он совершенно обалдел, увидев такую массу прыгающих деревьев, в основном, правда, стоящих, как нормальные деревья, но некоторые все-таки немного попрыгивали, возможно, от нервности обстановки.
В деревню он входил при полном исчезновении ее жителей. Все попрятались в своих домах и не казали носа, несмотря на все увещевания Навы и Лавы. Лава, правда, и сама спряталась на всякий случай, как она говорила потом, чтобы успокоить семью. Но надо отдать ей должное - она первой вышла из землянки, когда утих грохот двигателей и лязг гусениц, то есть когда техника расположилась на отведенной ей территории. Она подошла к Перецу, стоявшему посреди деревни в окружении Навы, Риты и Молчуна, и вежливо приветствовала его от имени деревни. Перец поблагодарил и поинтересовался, где остальные. А остальные уже стали появляться. За Лавой из своей землянки выбрался Кулак. Видимо, для надежности он прихватил с собой дубину.
- Ты, это, шерсть на носу, зачем народ пугаешь? - строго спросил он Переца. - Нормальные мертвяки, хоть и страшные, а тихие. А твои - вон, какой шум подняли, я, прям, оглох, будто дубиной по голове жахнули. Гроза и та не шумит так, и ураган... А тут явились, расшумелись... Тут один приходил на Выселки, шумел-шумел, а как ему дубиной промеж глаз дали, так не шумит больше. Тихий стал... Такие дела, бродило в рыло, ты уж накажи своим мертвякам не шуметь, а то земля трясется, волосы дыбом становятся, будто шиш на плеши... Чертова Пасть еще так шумит, на то она и чертова, и к ней никто близко не подходит, зачем близко подходить, когда она так шумит... И деревни возле Чертовой Пасти не строят... А тут прямо в деревню!.. Нет, похоже, Чертовы Скалы ничуть не лучше Чертовой Пасти. И зачем Молчун сюда поперся?.. Говорили же ему, шерсть на носу, давай лучше на Выселки... А он: Город, Город... А потом, когда в Городе Наву потерял, стал талдычить: Чертовы Скалы, Чертовы Скалы, а тут то летающие деревни, то грохочущие мертвяки... Страшно тут. Не жилое здесь место, гиблое, нутром чую... Эй, Молчун, пошли уже обратно!..
- Ну, типаж! - восторженно воскликнул Перец, радуясь, что с помощью Навы, Риты и машины - переводчика настолько освоил лесной язык, что вполне понимает этого аборигена. - Какая лексика! Клад!..
- Я не типаж! - возмутился Кулак (Перец использовал слово из своего языка и для Кулака оно смысла не имело). - Я - Кулак.
- Очень приятно, - поклонился Перец. - А я - Перец. Прошу извинить за беспокойство. Просто, они так передвигаются. Без особой необходимости шуметь никто не будет. Но я надеюсь, что временные неудобства, причиненные вам, будут, возможно, компенсированы той пользой, какую вам принесут мои... машины, которые вы называете мертвяками.
- Во, шиш на плеши, чешет!.. - восхитился Кулак. - Никто в деревне у нас так не чешет! Слово за слово цепляется, как колючка за шерсть - не разодрать... Только какая польза деревне от этих мертвяков? От мертвяков всегда одна морока. Вон Нава с Молчуном спят на них, а у меня, все одно, к ним доверия нет - притворяется-притворяется лежанкой, а вдруг опять обернется мертвяком и утащит кого-нибудь...
- Мои никого не утащат, - пообещал Перец. - Те, что остались там... в моей деревне, защищают всех нас, а эти могут помочь в жизни. Ну, например, вскопать что-нибудь, дорогу сделать, дом построить, человека вылечить...
К этому времени из домов вышло практически все население деревни. В первую очередь, дети, окружившие гостей. Приблизились и Староста с Колченогом.
- Мертвяк не может помочь человеку, - насупился Кулак. - На то он и мертвяк. Человеку может помочь только человек. А мертвяк он и есть мертвяк - морока от него только, вред человеку, бродило в рыло... Никому еще в нашей деревне мертвяки не помогли, а женщин всех перетаскали. Вон только Молчуну да Наве помогают, да они не совсем из нашей деревни. И не верю я этим мертвякам - рано или поздно какую-нибудь гадость отчебучат, потому что мертвяки... Вон Колченог хромает... Уж как его ни лечили, а нога, как сук на дереве... Колченог - одно слово. Что твой мертвяк может? - состроил хитрую физиономию Кулак, уверенный в том, что доказал бесполезность мертвяков для человека.
- Надо попробовать, - пожал плечами Перец. - Врач! - крикнул он. Будьте добры подойти!..
Из рощицы неподалеку, куда пристроили технику, тихо выехал Врач. Он был на колесном ходу, и шума почти не производил.
Перец повернулся к Колченогу и Старосте, стоявшим поодаль.
- Здравствуйте, Колченог, - приветствовал Перец, идентифицировав его по искалеченной ноге.
Колченог опасливо кивнул.
- А это мой отец, - представила Лава. - Староста деревни.
- Здравствуйте, господин староста, - склонил голову Перец.
- Да будет ваше бродило свежим и сильным, а чаша полной! - с достоинством поприветствовал его Староста.
- Вот эта машина лечит людей, - показал Перец на приблизившегося Врача, на которого с опаской косились аборигены. - Не бойтесь ее, вернее, его. Зовут его Врач... Не позволите ли вы, уважаемый Колченог... наверное, вас раньше звали иначе...
- Да уж, совсем не так меня звали, а как звали, я и не помню... давно это было. Все Колченог да Колченог, разве упомнишь, что раньше было...
- Когда его в деревню притащили покалеченного, он, шерсть на носу, ничего не помнил, не то, что имени своего, - вставил Кулак.
- Так не позволите ли, уважаемый Колченог, - напомнил о себе Перец, моему врачу осмотреть вашу ногу?..
- Это кому?.. Ему?! - отшатнулся Колченог и схватился за дубину.
- Неужто боишься, Колченог? - засмеялся Кандид. - А я думал. Ты ничего, кроме Чертовой Пасти, не боишься.
- Ну, и не боюсь, - подтвердил дрожащим голосом Колченог. - Только мне не нравится, когда ко мне приближаются всякие страшилы... К рукоеду я тоже не подойду, а уж осматривать меня... Чего это ему меня осматривать? Вон Лес большой, пусть чего хочет там и осматривает... Чего ему мою ногу смотреть? Я сам на нее смотреть боюсь... страшная она больно...