— Не указано, госпожа… Я смог вам помочь?
— Нет.
— Всего доброго. Хорошего дня. Вещи будут доставлены через полчаса.
Поправив на себе полотенце, я вышла к своему похитителю. Он кивнул, предлагая присесть, что я с удовольствием и сделала, а затем принялась за яичницу и томатный сок.
— Мои амбиции не простираются так далеко, как ваши, мисс, — заговорил Дик. — Я намеревался поиграть немного в казино Сочи. Но чтобы срубить приличную сумму и уйти с нею, нужен напарник. Желательно, такой, в связях с которым меня не заподозрят в этом самом казино. Кроме того, есть и параллельное дельце в Адлере. О нем я расскажу вам по вылете. Вам ничего не придется делать, кроме как сопровождать меня на встречах. Разумеется, я преследую две цели: отвлекать внимание тех, с кем буду проводить беседы, и не спускать глаз с вас… За помощь вы получите неплохую награду. Но — опять же — если не будете делать глупостей. За каждую глупость я буду накладывать штраф. По окончании работы мы расстаемся друзьями.
Я очень сильно сомневалась в его последнем — чрезмерно оптимистичном — утверждении, но вида не подала. Даже при менее отягчающих обстоятельствах в дружбу по контракту я не верю. Может, поэтому у меня теперь и нет друзей?..
8. Адюльтер
В то же самое время в Москве…
Буш-Яновская вошла в гостиницу. Отделанные черномраморной полированной облицовкой стены, приток прохладного воздуха из невидимых кондиционеров… Июнь выдался на редкость жарким, и в вестибюле капитан испытала приятное отдохновение.
Она пока не собиралась выдавать здесь свою причастность к Управлению, а потому, напустив на себя слегка растерянный вид, подошла к сидящим на «рецепшене» биороботам — идеально сложенным девушке и молодому человеку.
— Могу я быть вам полезен? — тут же подскочил киборг-мужчина, едва заметив ее приближение.
— Д-да… — изобразив легкую неуверенность, отозвалась Полина. — Я приехала к подруге, она живет в этой гостинице… Сэндэл Мерле… Сейчас, — она порылась в сумочке и вытащила пустую бумажку, но сделала вид, что прочла в ней какую-то надпись. — Вот, номер 1123…
— Конечно, госпожа! Это одиннадцатый этаж. Вас проводить?
— Нет, спасибо… Впрочем… Наверное, проводить… Я боюсь заблудиться.
Девушка осталась на рабочем месте, а молодой человек отправился с Полиной. Портье из лифта приветливо им разулыбался и без расспросов вызвал нужный этаж: между «синтетической» обслугой гостиницы, как это водится, была отлажена внутренняя связь, а портье-лифтер и подавно был замкнут на электронику своего рабочего мирка.
— Доброго дня! — выдал он стандартную фразу, когда дверь с мелодичным звоном уехала в пазы под потолком, выпуская пассажиров.
Полина и ее провожатый шагнули из зеркальной пасти лифта на классическую ковровую дорожку, а затем повернули в правый коридор.
— Вот номер 1123, госпожа! — «синт»-администратор замер в полупоклоне перед синей дверью нужного номера. — Я не нужен вам больше?
— Нет, постойте! — Полина улыбнулась. — Возможно, моей подруги нет, и если это так, я вернусь назад в вашем приятном обществе!
Любезность даже «синтам» приятна, и биоробот засиял улыбкой. Полина постучалась, но дверь оказалась незаблокированной и тут же уехала в стену.
— Сэндэл! Привет! А я к тебе! — крикнула она.
В спальне послышались шаги. Не получив разрешения уходить, администратор почти с человеческим любопытством заглянул в номер поверх головы невысокой Буш-Яновской.
Оборачиваясь простыней, из спальни выглянул светловолосый гигант с рельефными мышцами. Полина издала тихий вскрик и, прикрыв пальцами рот, выдохнула:
— Валентин?!
Теперь-то «синт» точно не ушел бы отсюда, не увидев развязку.
— Полина?! — гигант был в очевидном замешательстве. — Что ты здесь де…
— Кто там, любовь моя? — послышалось из глубины комнаты, звук легкого прыжка, шаги… и, повиснув на плечах блондина, из-за него выглянула смазливая, но слегка неестественная — словно кукла или манекен — женщина. Насколько можно было разглядеть — совершенно обнаженная.
Последовала классическая фраза мужа, которого застукали на «месте измены» с неопровержимыми уликами:
— Дорогая, это не то, о чем ты думаешь!
Кукольная красотка захлопала ресницами, лицо ее вытянулось:
— Полина?! Что ты здесь делаешь?
Ах, это было так похоже на сюжет книги, которую недавно, чтобы скоротать время, администратор читал на рабочем месте! До чего смешны люди — и не только в книгах и стерео! Как забавно наблюдать за их мелодрамами!
Ни слова не добавив, Полина шагнула к мужу и влепила ему пощечину, от которой тот даже покачнулся:
— Кобель!
После этого она круто развернулась и понеслась к лифту, оттолкнув с дороги администратора.
— Полина! — крикнул вслед проштрафившийся Валентин. — Поля! Прости меня!
Уходя вслед за посетительницей, смеющийся в душе биокиборг успел заметить, как кукольная любовница ухватила гиганта за руку и дернула к себе, не позволяя броситься вдогонку.
Полина стояла с каменным лицом. Валентин покорно смотрел на нее с высоты своего роста. Дядюшка Сяо переводил взгляд с одного хозяина на другого и слабо повиливал хвостом.
Робот ничего не понимал в происходящем. Некоторые эмоции — в частности, привязанность к тем, с кем прожил уже достаточно много времени — ему чужды не были, но в человеческих взаимоотношениях он разбирался слабо.
Вернувшись час назад, хозяйка велела ему собрать все вещи господина и выставить в холле. Похоже, хозяева собрались в поездку. Без малейшего промедления робот выполнил приказ. А вот далее произошло странное.
Приехавший Валентин первым делом бросился к ней, они разговаривали на повышенных тонах, чего никогда за ними не водилось. Теперь оба стояли по обе стороны от чемоданов господина почти на пороге, в холле.
— Дядюшка Сяо! Деактивация! — вдруг приказала Полина.
Робот лег и отключился.
— Теперь есть все, что нам нужно, — повернувшись к мужу, сказала Буш-Яновская.
Тот улыбнулся:
— Ну все, что ли? Спасибо, Полюшка, выручаешь! Что бы я без тебя делал?
Она досадливо фыркнула, раздувая рыжую челку и отворачиваясь:
— Влепила бы я тебе еще раз затрещину, да уж иди!
— За последнее время я только и получаю, что затрещины… — Валентин пожал плечами, а серые глаза его смеялись.
— Кобелем родился, кобелем и помрешь, прости меня Фанни… Правильный облик ты тогда выбрал, это и есть, знаешь ли, твоя истинная сущность! Иди, Сэндэл ждет! Справишься с чемоданами, или помочь?
Он засмеялся и оценивающе оглядел свои необъятные плечи:
— А что — выгляжу внушительно! Справлюсь! Разрешишь облобызать ручку или снова оплеухой попотчуешь?
Полина закатила глаза, но потом не выдержала и тоже рассмеялась. От души.
— Да иди уже, иди! У меня дел невпроворот, а я тут с тобой время трачу!
Валентин подхватил вещи:
— Да, кстати… Я не знал, что Файка такая ржачная, когда пьяная. Жив останусь — я ей обязательно ту вашу текиловую попойку припомню! А что передать Сэндэл?
Буш-Яновская положила руку на сканер, и двери разъехались:
— Сэндэл от меня передай… ну, придумай там что-нибудь повеселее. Горячий и пламенный Антаресу, например. Или нет! Скажи, что я едва ее узнала…
— Я - тоже, — бывший супруг протиснулся наружу, кряхтя и подталкивая коленом тяжелые чемоданы. — Едва узнал Хвастушку Сэндэл. А ведь, можно сказать, на руках ее нянчил! Чудеса… эт самое… пластической хирургии…
Полина подавила улыбку, наблюдая за неуклюжими движениями человека, явно еще не привыкшего к своему телу:
— Удачи тебе, «эт самое»! Привыкай к мускулам, бродяга! — она приподняла миниатюрную руку и многозначительно пощупала свой бицепс.
— Всем нам теперь удача нужна… — Валя посерьезнел, кивнул, спустился по ступенькам и направился по дороге к стоявшему за воротами автомобилю Сэндэл.
Выйдя на веранду, Полина провожала взглядом машину до тех пор, пока та не скрылась за поворотом, и бессознательно мяла пальцами листики обвивающих колонночки кустов дикой розы.