В санчасти Коваль освободилась от мундира и надела принесенные горничной свежие сорочку и брюки. «Видеоайзы» фиксировали все, однако никто не придал особенного значения нескольким маленьким красноватым точкам на сгибе локтя женщины, прямо на венках: следы от инъекций были почти незаметны.
Александра опустила голову и, почти не двигая губами, с улыбкой прошептала:
— Чума на оба ваших дома!
И с этими словами нахлынули воспоминания той, настоящей, Коваль, которую удалось перехватить в системе кратной звезды Кастор год назад. Той, благодаря которой все они теперь обладали мощным оружием против местных галактиан. Изъятый у нее образец вещества перевоплощения сделал план великого Мора стократ проще и выполнимее, если, конечно, забыть о самом невероятном этапе — прохождении через мембрану миров с помощью здешних монахов, живущих на уединенной планетке в стороне от галактического сообщества.
Та Александра помнила и вспышку, и пожиравшую сознание черную дыру, и светящиеся анабиозные коконы. В точности так же Иерарх Фауста, с которым уговорился великий Мор, заполучал своих вестниц погибели, похищая их из Внешнего Кольца и превращая в рабынь. Но лейтенанта Коваль ждала иная участь. Она оказалась на Фаусте подобно остальным несчастным, однако использовали ее как натуру для копирования, удерживая в сомнамбулическом состоянии круглые сутки. За это время их ученые смогли выявить и повторить формулу, по которой был создан эликсир метаморфозы, и едва фальшивая Александра проснулась утром в одной палате с оригиналом, настоящую Коваль безжалостно умертвили. Ее место занял двойник. Именно он должен был начать эстафету губительных ударов по Содружеству, правители которого наивно полагали, будто опасность исходит только изнутри, от собственных смутьянов.
Иммунитет дал сбой. Опухоль выбросила метастазы.
Выход из гиперпространственного туннеля, сектор близ Альфы Козерога
Сначала их приняли за пограничников. Сухая вежливость — и напористость одновременно…
…Полет «Меркуцио-6» подходил к концу. Разбуженные пассажиры постепенно приходили в себя, а кое-кто уже успел занять диспозицию за барной стойкой в каюте-ресторане, лениво щурясь на голографические сегменты с изображением Клеомеда. Планета надвигалась, разрасталась в обзорниках катера, но покуда скрывала свое лицо под белесыми вихрами циклонов.
Люди готовились к будничным делам, сервис-«синты» размеренно сновали по коридорам, предлагая просыпающимся различные услуги и создавая непременную рабочую суету.
Леана жила на Колумбе, работала экспертом при Золотогородской управленческой Лаборатории, а на Клеомед она летела по распоряжению властей, проводить опыты с неким особо опасным веществом, официально запрещенным в Содружестве. Знала она также и имя человека, столь «мило» похлопотавшего за нее. Алан Палладас, некий чуть ли не гениальный биохимик с Земли. Леана была наслышана о нем, его имя не раз упоминалось в сочетании с печально известным атомием, тем самым засекреченным веществом, над феноменом которого ученые бились уже не одно десятилетие, явно делая хорошую мину при плохой игре.
Новый шеф должен встретить ее сегодня на клеомедянском космопорте Эйнзрог.
Палладас понравился Леане сразу, еще во время общения в привате. Дяденька в годах, но чертовски симпатичный, и это не сумели скрыть даже неизбежные на таком расстоянии помехи связи. Он успел пофлиртовать с миловидной кудрявой мулаточкой-Леаной. Неудивительно, что при воспоминании о нем та улыбалась всякий раз — как и сейчас, собирая вещи.
— Желаете прохладительных напитков? Широкий ассортимент на любой вкус!
Леана покачала головой. «Синт» исчезла. Что ж, вполне вероятно, что на Клеомеде совсем не так плохо, как это принято считать в народе.
И тут по катеру разлетелось оповещение:
— Господа пассажиры, просьба приготовиться к таможенному досмотру!
— Какой еще таможенный досмотр! — фыркнула соседка Леаны, дородная медичка, с которой они шапочно познакомились во время полета.
Убедиться в том, какой именно это досмотр, путешественникам и экипажу «Меркуцио-6» пришлось всего через несколько минут…
Командир катера беспрекословно снял блокировку и поднялся навстречу вошедшим.
Их было пятеро, все мужчины, все люди. Биоробот внимательно изучал их лица, бросив безнадежную попытку определить по форме, к какому из подразделений ВПРУ принадлежат клеомедяне. Ему не раз приходилось общаться с местными пограничниками, но эти были одеты, говоря откровенно, очень странным образом.