Ну что ж, в данном случае риск опревдан: операция на Колумбе на грани срыва. Хуже этого может быть только одно: Дик Калиостро, племянник генерала, в смертельной опасности на том катере.
Кир активировал браслет, вставил в глаз линзу и наладил приват-связь.
Величественная Софи Калиостро возникла перед ним спустя полминуты: сказывались огромные расстояния.
— Госпожа Калиостро, глава «Подсолнуха» отдала приказ перехватчикам. На гидрокатер в Золотом совершено нападение. Только что.
По лицу Софи скользнула тень — и более ничем не выдала себя генерал:
— Вас поняла Кир. Продолжайте наблюдение.
Отключившись, Кир шмыгнул носом. Вот так: стараешься-стараешься а потом — ни «здрасьте» тебе, ни «спасибо»… Впрочем ему жаловаться не приходилось. Это так, для самоутешения. Есть мыло ему довелось впервые в жизни…
Колумб, Управление Города Золотого, 15 июля 1001 года
Майор Алоиза Монтерей, начальница золотогородского ВПРУ, была близка к тому, чтобы хвататься за голову. Только что с ней связалась сама президент, Ольга Самшит, перед нею — Софи Калиостро, а пять минут назад — капитан Полина Буш-Яновская с осадного катера. Информация лилась на Монтерей ошеломляющим потоком. Высланное подкрепление не смогло обнаружить в указанной точке никакого катера, так что, скорее всего, судно похищено. Поисковая группа прочесывает квадрат за квадратом над морем, но пока безуспешно. Калиостро проявится снова через пять минут, а к тому времени майору уже нужно располагать хоть какими-то сведениями. А их нет, нет, нет!
И снова — сигнал связи. Подполковник Лаунгвальд, шеф ВПРУ северного, самого большого континента Земли. Только ее сейчас и не хватало.
— Майор! Отправляйте моих агентов и контейнер на Землю.
— У нас затруднения, госпожа подполковник…
Кажется, Лаунгвальд нисколько не удивилась:
— Возлагаю полномочия капитана Полины Буш-Яновской на лейтенанта Александру Коваль. Отзовите ее из Даниилограда! А потом составьте рапорт на Буш-Яновскую и Палладу!
— Есть, госпожа подполковник!
Чуть не спотыкаясь, в кабинет Монтерей влетел сержант из спецотдела, «аналитик»:
— Госпожа майор! Донесение из третьего квадрата: катер обнаружен. Подкрепление брошено в заданную точку.
— Усилить подкрепление. Ступайте.
— Это еще не все, госпожа майор.
— Рапортуйте.
— Только что пришло сообщение синоптиков. В океане отмечено зарождение волны. Высота и мощность пока подсчитываются…
— Будьте на связи! Выслать пятьдесят три флайера для эвакуации пассажиров.
— Слушаю!
Давно такого не претерпевало застойное ВПРУ Райка… Сейчас Управление гудело, будто растревоженное осиное гнездо.
— Проклятье! — пробормотала Алоиза, машинально отдавая с терминала распоряжения задействованным в операции сотрудникам. — Там же еще этот чертов Дик Калиостро… Что там? Говорите!
— Катер поврежден! — отрапортовал неизвестный военный. — Ждем точных сведений от начальника группы подкрепления.
— Жертвы есть?
Двухсекундная задержка.
— Да, госпожа майор. На борту восемь трупов, есть раненые…
— Срочная эвакуация!
— Есть!
Зарождение волны… Зарождение волны… Да эти зарождения отмечаются чуть ли не еженедельно. Только почти всегда это не перерастает в цунами, а «рассасывается» по пути, и до берега доходят лишь блеклые отголоски, к тому же погашенные скалами, загораживающими бухту. Ко всему прочему, судно в открытом океане может даже и не ощутить волны. Только было у Монтерей предчувствие, что есть на борту катера кое-кто очень «везучий», и неприятность, которую в любом другом случае можно было бы считать маленькой, в его присутствии перерастает в чрезвычайное происшествие локального масштаба…
Только бы успели!
— Майор! Флайеры на подлете! Готовимся к эвакуации.
— Нападающие захвачены?
— Только выжившие из десанта. Их поддержка с воздуха скрылась. Ведется преследование, пока безрезультатно.
…Еще эта волна, будь она неладна…
Колумб, океан Феба, в то же самое время
Высадившееся подкрепление застало на катере неутешительную картину.