Стрелок немного отвлек себя посторонними мыслями и с облегчением ощутил, что страх уходит.
Автомобиль неловко уткнулся в канаву. Дальше ему не проехать, как и было рассчитано.
Маленькая человеческая фигурка покинула машину и бросилась к развалинам.
Снайпер настроил максимальное приближение, однако жертва еще не подошла на расстояние, достаточное для точного выстрела. Поразить цель нужно наверняка…
Из-за взгорка выскочил автомобиль побольше — черный, стремительный, похожий на скользящую по земле боеголовку. И — вот дьявол! — со стороны города неслось два флайера ВО.
* * *Мы с «эльфами» выскакиваем из микроавтобуса. Я вижу военные флайеры и фигуру бегущего Элинора.
— Зил! — ору я что есть мочи. — Зил, стоять! Это ловушка! Стой!
— Не догоним! — причмокивает языком Марчелло, но срывается вслед за нами.
— Элинор! — кричат жена и Джоконда.
Услышав нас, Зил, не сбавляя скорости, бросает взгляд через плечо.
— Тебя убьют, стой!!! — бронхи готовы загореться. Я не отнимаю пальца от показанного Джокондой сенсора на браслете ТДМ.
Догнать его, сбить с ног и переместить нас всех в безопасное место…
В одном из окон что-то сверкает. Я еще не понял, что.
— Нет! — умоляет Зил, останавливаясь и заслоняясь от меня рукой. — Так нельзя делать!..
* * *Снайпер в замешательстве. Цель слишком удалена. Выстрел зацепит и ее, и преследователей.
Прицел метался. Две женщины. Пять мужчин.
Зацепит обязательно. А если еще и насмерть?..
Зацепит парня, который ближе всех к мишени…
…И, громко заорав от страха, стрелок нажимает спуск.
* * *Тонкий, направленный луч плазмы летел в кого-то из нас.
Джо и Чезаре опоздали на полсекунды.
Мы с Фаиной накинулись на Элинора. Он развернулся к нам, когда все понял.
— Так нельзя!.. — вскрикнул фаустянин.
Еще не успев сбить его с ног, я активировал ТДМ…
* * *…Я один. Один среди открытого космоса.
Всем существом своим воспринимаю искажение времени и пространства. Весь мир проходит сквозь меня…
Где-то внизу, подо мною — черный купол, ловушка для света. Меня растягивает вверх и вниз. Это не «больно». Это не «очень больно»…
Это смертельно.
Я не живу больше.
Вокруг меня — угольная чернота, и лишь наверху, в самом зените, светится шар, сотканный из звезд. Это все звезды, туманности и галактики, когда-либо рожденные нашей Вселенной: погасшие, живые и еще только готовящиеся вспыхнуть.
Меня больше нет…
ЗАКАТ БЫЛОГО ДНЯ (3 часть)
…Странная вспышка ослепила меня. За нею последовал удар тока.
Я потеряла ориентацию во времени и пространстве, забыла, где нахожусь. Не мигая, смотрела в никуда.
Дернулся и лежащий передо мною на столе пациент. Отголосок чьих-то слов: «Сквозное ранение брюшной полости, доктор. Проникающее ранение грудины».
— Зажим! — вне моей воли приказали губы, и ассистент тотчас вложил в мою затянутую латексом ладонь требуемый инструмент.
Раненый, кажется, стал приходить в себя.
— Альварес, в чем дело?! Я спрашиваю вас, в чем дело?! — во время операций я становилась требовательной и придирчивой, как мой отец, и ничего не могла с собой поделать. — Он просыпается!
— Подбирать наркоз не было времени! — огрызнулся анестезиолог.
Нервы мои были ни к черту: пятый полутруп за один день — это выше человеческих сил. Не знаю уже, то ли благодарить мужа за щедрую практику, то ли крыть бранью за то, что притащил меня в проклятый Порт-Саид…
Пациент раскрыл глаза. Обычно я не замечаю лиц тех, кого приходится оперировать. Если оперировать приходится не лицо.
Но в таких случаях, как этот, невольно запоминается страдание, которое бьется в их взгляде. Травматический шок. Бедняга лейтенант. Очень сомневаюсь, что после остановки кровообращения мы вернем его на этот свет…
— Кордалицин, глюкозу, живо! — я плотнее прижала повязку к его груди.
Раненый пытался что-то мне сказать, воздух со свистом вырывался у него из горла.
— Да скорее же! Контролируйте кровопотерю. Морган, сколько уже?
— Около двух литров… Из плевральной полости удален почти литр…
Тут светит не только травматический, но и гиповолемический шок…
Лейтенант прогнулся и вдруг схватил меня за руку. Мои ассистенты налегли на него, чтобы удержать, болван анестезиолог едва не сломал шприц у него в вене.
— Аутогемотрансфузия… — удостоверившись, что наркоз подействовал, сказала я, одним движением скальпеля вскрыла полость и наложила зажим на брюшную аорту. — Быстро! Делаем!