— Ты никогда не отличалась большим умом, Лора… — складывая руки на широкой груди, пробормотала Даун. — Ты не учла Кира… Ты не учла многих составляющих… Ты не видишь дальше своего длинного носа… Черт, зачем ты это сделала, Лора?! Зачем? Я бы тебя не обманула, я играю честно, тем более, со своими. Ты входила в мой клан, а своих я не обижаю. А теперь… Дура ты, Лорка! Я-то уйду, пока уйду. А вот ты останешься. И подставишься, Лорка, как пить дать подставишься… Не думала я, что тебе суждено так зарваться…
— Госпожа Даун! — прервала поток ее мыслей вслух подошедшая телохранительница. — Вас вызывают в приват…
— Отмени, игнорируй, — отмахнулась было Эмма, но затем вскинула голову и развернулась. — Хотя нет! Стоп!
Они быстро покинула зал и, заправив в глаз линзу, ушла в свою каюту.
Проектор транслировал прямо на сетчатку зрачка Эммы изображение части голографической комнаты-кабинета с видом на роскошный, залитый солнцем сад. Солнце Эсефа так щедро, что его нельзя не узнать даже за сотни парсеков от того места, где оно, Тау Кита, царит во всем своем великолепии. Да, это не загаженный Клеомед с его мутантами… В то же время ни на Эсефе, ни во всей системе Тау нет даже намека на атомий — основного составляющего футурум-вещества. Вещества, которого еще нет и которое поможет выйти за пределы местной Галактики, не соотносясь с условиями, диктуемыми гиперпространственными тоннелями. Вещества, первым магнатом которого станет она, Эмма Даун-Лаунгвальд.
— Максимилиан! Рада видеть вас, — Эмма села в кресло и усилила громкость связи. — Что вы хотели?
— Думаю, у вас неприятности, — сказал бледный щупленький человечек в деловом костюме с воротником-стойкой, расшитом серебристой нитью. Одежда придавала благородства и даже некой величественности его в целом тщедушному виду. — Я не ошибся, Эмма?
— Да, вы не ошиблись.
— Вы держите путь в мою сторону, не так ли? — невозмутимо продолжал Антарес.
— Да, и здесь вы правы…
— Предлагаю вам в качестве временного убежища Эсеф. Здесь вас не додумаются искать, а мы покуда решим, как поступить дальше.
— Перед вылетом я слышала о скандале, связанном с вашей женой и некой разоблачительной книгой. Это транслировалось по всем внешним спейс-каналам. В чем дело?
Дипломат едва заметно поморщился. Он сумел скрыть злобу, заклокотавшую в нем. Эмма с чисто женским удовлетворением отметила: «Так я и думала: его идиотка-жена попала впросак!»
— Это разговор не для трансляции, Эмма. Он слишком длинен. Боюсь, ваш Карл Кир — шпион подполковника Лаунгвальд.
— Я тоже думала об этом. Тем более, он в спешном порядке покинул Клеомед еще вчера, так что…
— Угу… Я жду вас на Эсефе.
— Хорошо, Максимилиан. Скоро я буду у вас. Постарайтесь, чтобы об этом не узнала ваша супруга. Мне бы не хотелось повторения колумбянской истории.
Эмма прервала связь. Однажды она видела эту Сэндэл Антарес (или жену Макса звали как-то иначе?). Впечатление, которое та оставила своими манерами у внимательной Даун, оказалось верным: дура, беспокоящаяся только о своей внешности и способная, не задумываясь, подвести под монастырь ближнего своего. Если она и писала когда-либо книги, которые пользовались спросом, то либо это было за счет меценатства Антареса, либо Сэндэл впоследствии попросту зажралась и деградировала.
А еще — совершенно запутанная история с «малышом Элом»… Ну что ж, не польститься на эту нимфоманку, которая ложится под скальпель хирурга еще чаще, чем в постель с мужиками, не сможет даже святоша…
Что-то слишком много стало неизвестных переменных на одно несложное дело. Эл, затем бегство и исчезновение Алана Палладаса, чертова девица Фаина Паллада, вечно путающаяся под ногами и едва не разоблачившая в свое время Александру Коваль — за что, собственно, Лора Лаунгвальд и убрала молодого сержанта-«провокатора» с дороги, добившись под каким-то предлогом основательной блокировки гречанкиной памяти. Предательство сестры и Кира. Провал операции по захвату агентов на Колумбе. Теперь еще вот эта неприятность с компроматом от Сэндэл. Лучше не придумаешь! Когда столько сопротивления, то невольно приходят в голову мысли: а правильно ли я что-то делаю? Не бросить ли эту затею, проклятую всеми известными плюс и минус-богами?
Однако Эмма не привыкла останавливаться, когда до призового бонуса остается всего ничего. Контейнер извлечен руками агентов ВПРУ. Теперь — только перехватить его. Хоть на это идиоты, называющие себя последователями Даун и кланом «Подсолнух», способны? Хоть здесь их действия будут корректны, или права древняя пословица: «Если хочешь сделать работу хорошо, сделай ее сам»? До смешного доходит, право слово!