Шах и мат, Владька.
Может, и не зря я сегодня вспомнил о своём нежелании передавать информацию Главному…
Ну что, рискнуть, пока разговор пошёл? Тут, конечно, Стас ещё слушает, ну да мне сейчас это не помешает. Или наоборот поможет — учитывая, что про станцию Северные Ворота он мне и рассказал.
— А вы не могли прийти со станции Северные Ворота? — решился я. — Она недалеко, и я слышал, что старых вагонов там много, точно как вы рассказывали тогда…
Про вагоны я, конечно, не то чтобы соврал, а скорее додумал. Сам я давно уже утвердился в мысли, что пришёл Андреев именно оттуда — просто потому, что других вариантов нет.
— Наверное, мог, — безразлично пожал плечами Лёха, но в его глазах мелькнул интерес. — Ты к чему клонишь, напарник?
— Может, имеет смысл вместе туда выбраться в выходной? — прямо спросил я и метнул «порыв». Поначалу я хотел было зарядить его ответом «да», но всё же в итоге зарядил на «узнать правду».
— А интересное может приключение получиться, — неожиданно влез Стас. — Я за!
«Тебя никто не спрашивал», — чуть не вырвалось у меня, но Андреев ответил первым:
— А ты умеешь заинтриговать, Владька, — он помолчал. — Вот только рискованно. Хоть и хочется правду узнать…
Ага, «порыв» сработал — даже если Лёха скажет «нет», он хотя бы задумается. А там разговор и повторить можно.
— Так это километров пять всего, — опять вмешался Стас. — И то можно утром сесть к тем ребятам, которые на пост у моста едут. И половину дороги проехать с ними. А потом по рельсам — это вообще напрямик получится.
— Такое ощущение, Кириллов, что ты туда каждый день пешком ходишь, — хмыкнул Андреев.
— Нет, просто старую карту изучаю иногда, у нас же в отделении она есть, — бесхитростно пояснил Стас.
Ничего себе! Не ожидал, что сосед по комнате даст такой удачный план. Вот только брать его с собой нельзя — если и правда на месте удастся что-то выяснить, я предпочёл бы, чтобы это осталось между мной и Андреевым… ну и Колледжем.
Если, конечно, вообще ставить в известность Колледж…
Глава 23
Гидрострой, 23 апреля, воскресенье, раннее утро
В воскресенье я рассчитывал поспать подольше — всё же выходной, — но утром меня, да и Стаса тоже разбудил требовательный стук в дверь.
Это оказался дежурный по общежитию.
— Матвеев? Срочно на работу, — отрезал он. — У вас сбор по тревоге.
По тревоге? Ещё не хватало… Я взглянул на часы — половина шестого утра.
— А я? — сонно поинтересовался с постели Стас.
— Ты можешь спать, — буркнул дежурный и ушёл.
Ничего себе… Должности у нас с Кирилловым похожие — мы оба практиканты. У меня всего одно отличие — я колдун. То есть, произошло что-то, что требует присутствия колдуна?
Быстро одевшись и прихватив арбалет, я рванул на работу.
У здания милиции мы столкнулись с Андреевым — видимо, его подняли раньше меня. Ну правильно, у него в квартире телефон есть — починили после ночного происшествия… Спросил у него, что случилось, но Лёха только пожал плечами.
Внутри, прямо на вахте, нас встретил Тихонов.
— Извините, парни, что пришлось вас поднять в выходной, да ещё в такую рань, — без предисловия начал он. — У нас ЧП, нужна помощь силам самообороны.
— Опять? — нейтрально удивился Лёха.
— Опять, — отрезал Тихонов, явно не желая шутить. — Из всех с колдовством в последнее время работали только вы двое. Так что придётся вам… Отгул дадим, когда попросите, ну а сейчас — к делу!
Как выяснилось, около пяти утра наблюдатели у КПП со стороны Промзоны обнаружили в тумане три фигуры, приближающиеся странной дёрганой походкой. Так-то ничего удивительного, вот только когда фигуры приблизились, в них опознали… движущиеся скелеты.
Охрана, облившись холодным потом, попыталась честно окликнуть их, предполагая, что это могут быть люди в костюмах, обработанных колдовством, а когда те не ответили — открыла огонь.
Скелеты оказались самыми обычными и гниловатыми — пули просто раздолбали их на части, после чего ходить они больше не могли, да и не пытались, а вот силы самообороны подняли по тревоге и попросили от милиции усиление колдунами.
Через несколько минут дежурный УАЗик с зевающим водителем уже вёз нас на КПП. Лёха опять был с укороченным автоматом, взятым в оружейке — на всякий случай, как сказал Тихонов.
Наружу нас выпустили быстро — правда, без машины, и я сразу понял, почему: работать придётся прямо тут, под стенами. Тут уже было людно — суетилось человек десять в разношёрстной одежде.