Лиза удивлённо вздрогнула, едва удержав чашку в руке.
— Другой? Что ты имеешь в виду?
Он облизал губы, словно собирался с мыслями.
— Ты становишься серьёзнее, будто полностью уходишь в его мир. А я... я остаюсь где-то на периферии.
Лиза шагнула ближе, стараясь уловить его взгляд.
— Саша, — мягко начала она, — Влад мне не больше, чем друг. Да, он помогает. Да, он понимает вещи, которых ты не знаешь. Но это не значит, что ты не важен для меня.
Его лицо чуть смягчилось, но напряжение всё ещё оставалось.
— Просто иногда кажется, что в этом твоём... ведьмовском мире нет места для меня.
Лиза подошла вплотную, осторожно коснулась его руки.
— Твой мир — это и мой мир, Саша. Ты мой дом, понимаешь? — Она задержала его взгляд, стараясь убедить в искренности своих слов. — Да, сейчас много сложного, но я здесь. С тобой и со Святиком.
Он тихо рассмеялся, устало покачав головой.
— Ну, ты и ведьма... Умеешь сказать так, что всё встаёт на место.
Она улыбнулась и мягко сжала его пальцы.
— Справимся, — уверенно сказала она. — Но обещай, что будешь говорить, если что-то беспокоит. Не держи это в себе, ладно?
Саша кивнул, и в его взгляде мелькнуло облегчение.
— Ладно. Но и ты обещай быть осторожнее, хорошо?
— Обещаю, — ответила Лиза, улыбнувшись.
Лиза обняла мужа, как будто хотела защитить его от всего мира. Саша ответил на объятие, но напряжение всё ещё ощущалось в его плечах. Он глубоко вдохнул, потом медленно провёл ладонями по лицу, стараясь унять раздражение.
— Видимо, это всё из-за твоей Верховной, — наконец произнёс он, глядя куда-то поверх её головы. — Она сегодня изрядно потопталась по моей самооценке, напоминая о моём происхождении.
Лиза отстранилась, её взгляд стал напряжённым.
— Наталья была здесь? Сегодня? Почему ты только сейчас говоришь мне об этом? Что она хотела?
— Не знаю, — ответил он, разводя руками. Раздражение зазвучало в его голосе. — Пришла, спросила про тебя. Потом немного поболтала со Святом. Рассказала ему, какой он особенный и как его маме повезло, что, несмотря на "сомнительные жизненные выборы", у неё родился такой одарённый ребёнок.
Лиза всплеснула руками и закатила глаза, едва не сорвавшись на крик.
— Да что же ей неймётся! Почему она никак не отстанет от меня?!
Саша криво усмехнулся, но в этом движении чувствовалась горечь.
— Ты нарушаешь её идеальную картину мира, — сказал он. — Живёшь с ничтожным человеком, а могла бы рожать от других магов великих детей.
Эти слова заставили Лизу побледнеть. Она замерла на месте, потом в один шаг оказалась рядом с мужем и схватила его за руку.
— Ты не ничтожный человек, — произнесла она твёрдо, глядя ему прямо в глаза. — И если она сказала тебе что-то подобное, я собственными руками придушу её. Даже магией не воспользуюсь.
Саша не смог сдержать короткий смешок, хотя глаза его оставались серьёзными.
— Лиза... — начал он, но она перебила:
— Нет, Саш. Слушай меня. Ты — лучший человек, которого я знаю. Ты заботишься о нас. О нашем сыне. Ты терпишь весь этот хаос вокруг моей жизни. И ты для меня бесценен.
Её голос дрогнул, но она не отводила взгляда. Саша наконец улыбнулся чуть теплее, обнял её и прижался щекой к её волосам.
— Спасибо, — тихо сказал он. — Я просто... боюсь, что Свят вырастет и начнёт видеть мир её глазами.
— Не начнёт, — уверенно ответила Лиза, прижимаясь к его груди. — Потому что у него есть мы. И он будет знать правду.
На улице раздавались звуки вечернего города — редкие машины, детский смех из соседнего двора. Лиза, вдохнув запах свежего летнего воздуха, подумала, что, несмотря на все проблемы, в этом доме у неё есть всё, что действительно важно.
___________________
Когда Влад подъехал к тату-студии «Чернила и линии», вечер уже опустился на город, окрашивая небосклон в густые оранжево-фиолетовые оттенки. Район оказался типичным спальным массивом Москвы: густо застроенные дома, припаркованные кое-как машины, немногочисленные прохожие и ощущение, что жизнь здесь течёт медленно, словно никто никуда не торопится.
Парковка оказалась настоящим испытанием для нервов. Влад несколько раз проехал вокруг дома, прежде чем нашёл свободное место на соседней улице. «Уже половина дела», — подумал он, вылезая из машины и оглядываясь, чтобы найти вход в студию.
«Чернила и линии» располагалась в глубине здания, за салоном красоты с многообещающим названием «Люкс Бьюти». В реальности это «люкс» напоминал скорее типичную парикмахерскую времён начала 2000-х: розовые стены, линолеум, немного облупившийся у стыков, и старые постеры с моделями, чьи причёски безнадёжно устарели. На стойке администратора стоял букет искусственных пионов, покрытых таким слоем пыли, что Влад ощутил зуд в носу ещё у входа.