- Да хоть здесь, в аббатстве, - указал рукой Петр. - Я здесь живу, у меня келья.
- Отлично. Идемте.
Петр, не переставая удивляться, провел охотника в аббатство, бросив на ходу страже "это со мной". Они прошли в келью клериков. Иоанна и Луки не было.
Охотник спокойно вошел и сразу же уселся за стол.
Петр присел рядом.
- Я извиняюсь, - сказал Охотник бесцеремонно, - только что прибыл в город и не успел даже поужинать... Как насчет поесть, а, отец Петр?
Петр поднялся, выглянул в коридор.
- Эй, брат, поди-ка сюда!
Молодой монах, стоявший у окна, подошел.
- Вы меня, брат Петр? - монах узнал Петра.
- Брат...
- Марк, - подсказал монах.
- Брат Марк, я хотел бы вас попросить сходить на кухню и принести поесть моему товарищу, только что прибывшему с важным делом после тяжелого путешествия.
- Хорошо, брат Петр.
Монах ушел, а Петр возвратился в келью. Охотник ждал, поставив локти на стол. Петр не стал его торопить. Он сел и стал выжидательно смотреть на гостя.
- Удивлены моим визитом? - спросил Охотник.
- Да, удивлен. Куда вы тогда исчезли?
Охотник вздохнул.
- Были важные дела, - сказал он. - А что, я вам был нужен?
Охотник хитро улыбнулся.
- Да, - сказал Петр. - Мы хотели более подробно расспросить вас...
- Тут?
- Что - "тут"? - не понял Петр.
- Ну, тут расспросить, в этих ваших подвалах? - небрежно спросил Охотник.
Петр растерялся.
- Нет, зачем же в подвалах? - сказал он.
В это время раздался стук в дверь. Петр отворил - это оказался брат Марк с куском сыра в одной руке и караваем в другой.
- Больше ничего не было... - извиняющим голосом сказал он.
- Давай, давай, спасибо.
Петр взял у него продукты и выложил на стол.
- Нормально?
- Сойдет! - сказал Охотник. - Будет чем закусить.
Он ловко достал из-за пазухи бутыль.
- Ну что, святой отец, выпьем за ближайшее знакомство? Или вам нельзя?
- А что у тебя там? - спросил Петр. - Настойка шиповника. Отличная штука!
- Ну, давай, - Петр достал две глиняных чашки.
- А я ведь тогда раскусил вас... - сказал лукаво Охотник, когда они выпили и принялись за сыр. - Сразу понял, что вы за монахи такие...
- И что ж мы за монахи? - невозмутимо спросил Петр.
Охотник махнул рукой.
- Ладно-ладно! Можете мне ничего не говорить, только я ведь знаю. Но это уже не важно. Важно другое.
Охотник посерьезнел.
- Я к вам, отче, с важным делом. Но только перед тем, как к нему приступить, я вынужден кое-что вам рассказать. Рассказать честно и так, как оно обстоит на самом деле. И надеюсь, что после моего рассказа вы тоже мне доверитесь.
- Посмотрим... - сказал Петр.
Охотник еще раз наполнил чашки, выпил и стал рассказывать.
РАССКАЗ ОХОТНИКА
Начну с того, что зовут меня Михаил. Родом я из Гнары, небольшое такое селение под Ауром, во владениях князей Заславских. Отец мой был по профессии охотник, ну и я по этой же линии пошел. Занимались мы шкурным промыслом, в основном волки, медведи. Дело шло неплохо, цены на мех были высоки и мы подумывали уже об откупной. Но планам нашим не суждено было сбыться.
Нарвались мы как-то на медведицу с медвежатами. В общем-то, убивать нам ее резону не было, хотели мы уже уйти, но она, видно, об этом не догадывалась накинулась на старика моего, да так шустро, что не успел он и кинжала выхватить.
Когда я подскочил, поздно уже было. Ну, что делать? Схоронил я родителя своего и решил напарника искать - жить-то надо, а самому на зверя ходить, так это не дело. Прошелся я по звероловам знакомым, да что-то никто не захотел со мной работать - у каждого было свое дело налажено.
И вот поехал я как-то в город, в Аур, значит, на рынок, и увидел на столбе бумагу княжью. Сыскал писаря, попросил прочесть. Говорилось в той бумаге, что требуются князю нашему, Даримиру Заславскому, люди на егерскую должность. Терять мне было нечего и решил я к князю на службу поступить.
Опыт у меня уже был, так что взяли меня без разговору. Выдали гербовый кафтан, сапоги и оружие. Ну, само собой, деньжат тоже дали. Стал я тогда у князя служить. Работа хорошая и не сложная - дичь ко столу княжескому добывать. Я ведь до этого привык как охотиться? Почти что один на один со зверем. А тут совсем другое дело: тут тебе и загонщики, и свора собачья, и оружие что надо - сроду я такого лука в руках не держал. Да и добыча попроще косули, зайцы, птица. Ну, иногда лось или кабан. А на волков да медведей князь сам предпочитал охотится. Мое дело было только зверя выследить да обложить, а дальше уж вельможи сами развлекались. Много их наезжало, все больше бароны да графья. Вырядятся так, что смешно глядеть - арбалеты, копья... Иные даже с секирами на охоту приезжали! Ну и, конечно, волкодавы или доги при них. Затравят собаками зверя, а потом подходят и рогатиной его пихают. Опосля еще хвастают... Им, видно, невдомек, что настоящий охотник на медведя с одним кинжалом ходит. И никаких там собак.
Ну да ладно, это их дело. Служил я, значит, так, и горя не знал. Харчи казенные, одежа и оружие тоже. Работать не каждый день приходилось, - не успевали в замке за день всю дичь съедать. В замке меня уважали, потому что с делом я справлялся хорошо и князь ко мне благоволил. Обещался даже в скором времени повысить в должности.
Но стал я что-то скучать. Привык я к настоящему делу, к походной жизни, к схватке, когда один на один со зверем и видишь, как горят его глаза. Когда чувствуешь на своем кинжале его плоть... Кто не бывал никогда на охоте, тот этого не поймет. Это чувство... это почище вина опьяняет. А у меня оно в крови, я - потомственный охотник. Как породистый гончий пес - хоть ты его всю жизнь на цепи продержи, а дай только увидеть зверя, как он и взовьется! Кровь возьмет свое.
В общем, стал я потихоньку в свободное время на медведя ходить. Один, как в былые времена. Князю скажу, что пошел силки да капканы проверять, а сам медвежьи берлоги ищу. Бывало, что и волков стрелял, но другую дичь не трогал мне ведь только на хищника интересно охотиться. Только на достойного противника.
Столкнешься вот так вот с ним вплотную, с медведем. Здоровенный, черный. Стоит, рычит, только глаза светятся и клыки белеют в пасти. А я стою, жду. В одной руке кинжал, в другой шапка. Первым не нападаю, жду. Бывает, что не выдерживает зверь, уходит. Я его не преследую - он уже проиграл битву. Но настоящий противник не уходит. Он делает шаг навстречу и поднимается на дыбы. Кровь в этот миг так и закипает в жилах. Я подбрасываю шапку вверх и всаживаю кинжал врагу в сердце. И - всем телом, за рукоять вниз, до самого брюха.
Не всегда выходит гладко. Бывает, что медведь не встает дыбом, а кидается на всех четырех лапах. Вот тут уже только искусный охотник может нанести смертельный удар. Иначе можно самому получить такой удар... Так вот, все шло нормально, я тайком охотился, а шкуры сбывал одному знакомому торговцу. У себя в каморке, где я жил, развешивать я их, понятное дело, не мог, а выбрасывать было жалко. Ну, еще дарил друзьям, когда в селе родном бывал.
И доигрался. Сижу как-то на конюшне, чиню сбрую, как забегает, значит, княжий конюх, Григорий.
А надо сказать, что в отношениях я был с ним в хороших. Любил Григорий приложиться к чарке, а денег, известно, никогда не хватает. Зайдет ко мне занять, а я ему всегда одолжу, либо дам шкурку какую - в любом кабаке на бутылку обменять можно. За это он мне лучшую лошадь в конюшне подобрал и всегда чистил ее, выгуливал - мне то некогда было, то неохота.
Ага. Забегает, значит, Григорий и говорит:
- Тебя, Михаил, князь кличет. Сердится дюже. Сказывают, будто ты тайком в княжьих угодьях дичь бил, да продавал. Правда это?
- Тебе Гришка, врать не стану. Правда, - отвечаю.
Глянул только он на меня и открывает денник.
- А коли так, - говорит, - то бери тогда Ветра и скачи, пока духу хватит. Потому что ждет тебя здесь казнь, уж я знаю - князь наш на расправу скор. Отсель до границы недалеко, а в чужих землях князь тебя не отыщет.