Алекс вернулся к дневнику, подчеркивая строки, которые казались важными. Он знал, что эта правда — подделки, шантаж, угрозы — меняет все. Марк не просто пропал; он, вероятно, был мертв, и кто-то хотел, чтобы его тайны умерли вместе с ним. Но Алекс Воронов не умел останавливаться. Он чувствовал запах крови, как хищник, и знал, что эта игра только начинается. Он лишь надеялся, что Елена, чей поцелуй все еще горел на его губах, не окажется на той стороне доски, где стоят враги.
Глава 3. Кровь Лозы
Утро в кабинете Алекса Воронова было пропитано запахом кофе и горькой правдой, которую он вырвал из дневника Марка Вересова. Подделка вин, шантаж, угрозы — мир винодела оказался таким же мутным, как осадок в старой бутылке. Имя Виктора Лебедева, конкурента Марка, всплывшее в записях, горело в его мыслях, как красный флаг. Лебедев знал о темных делах Вересова, и его жажда мести, о которой он говорил в ресторане, теперь казалась не просто словами. Алекс чувствовал, что этот человек — либо ключ к разгадке, либо очередной тупик, и он не собирался терять время. Елена осталась в поместье, ее образ — смесь уязвимости и тайны — преследовал его, но он отмахнулся от мыслей о ней. Поцелуй в гостиной был ошибкой, и он не мог позволить чувствам затуманить разум.
Алекс надел свое поношенное пальто, поправил слегка взъерошенные темные волосы и вышел в город. Его седан, скрипя, пробирался через утренний трафик к винодельне Лебедева — "Серебряная Лоза", расположенной на окраине, где холмы уступали место промышленным зданиям. В отличие от роскошного поместья Вересовых, это место выглядело как крепость: современные стеклянные корпуса, стальные ворота, камеры наблюдения на каждом углу. Здесь не было романтики виноградников — только холодная эффективность бизнеса. Воздух пах металлом и химикатами, а не землей и вином, и это сразу насторожило Алекса. Лебедев играл в другую игру, и она пахла деньгами, а не страстью.
В приемной его встретил охранник, чей взгляд был таким же стальным, как ворота. После короткого звонка Алекса проводили в офис на верхнем этаже, где стеклянные стены открывали вид на производственные цеха внизу. Виктор Лебедев стоял у окна, держа в руке бокал с вином — белым, почти прозрачным, в отличие от рубиновых оттенков, которые предпочитал Марк. Ему было около сорока пяти, с квадратной челюстью и короткими темными волосами, тронутыми сединой. Его костюм был безупречен, но глаза — холодные, как лед, — выдавали человека, который не прощает ошибок. На столе перед ним лежали папки с документами, а рядом — бутылка с этикеткой "Серебряная Лоза, Совиньон Блан, 2023". Современность и расчет — вот что было его визитной карточкой.
— Воронов, — сказал Лебедев, не оборачиваясь. Его голос был низким, с легкой хрипотцой, как будто он привык отдавать приказы.
— Вы настойчивы. Я думал, наш разговор в ресторане был исчерпывающим.
Алекс сел в кожаное кресло напротив стола, не спрашивая разрешения. Он достал зажигалку и щелкнул ею — щелк-клац — просто чтобы вывести Лебедева из равновесия.
— Вы сказали достаточно, чтобы меня заинтересовать, — ответил он, его серые глаза внимательно следили за реакцией конкурента.
— Марк обманул вас с партией вина. Вы угрожали ему судом. Но я думаю, вы не остановились на юристах. Так что скажите мне, Лебедев, насколько далеко вы зашли, чтобы наказать его?
Лебедев медленно повернулся, его губы изогнулись в тонкой улыбке, но глаза остались холодными. Он поставил бокал на стол и сел, скрестив руки.
— Вы прямолинейны, — сказал он.
— Это почти забавно. Но вы ошибаетесь, если думаете, что я бегаю по виноградникам с ножом. Марк был проблемой, да. Он украл у меня сделку на пять миллионов, но я не из тех, кто марает руки. У меня есть другие способы.
Алекс прищурился, чувствуя, как воздух в комнате становится тяжелее. Он достал блокнот, но не стал открывать его, просто держал в руке, как оружие.
— Например? — спросил он.
— Потому что я знаю, что Марк подделывал вина. И вы знали об этом. Это ведь вы были тем, кто "знал", о ком он писал в своем дневнике, верно?
Лебедев замер, и его улыбка на миг исчезла, но он быстро взял себя в руки. Он взял бокал, сделал глоток и сказал, глядя куда-то мимо Алекса:
— Вы нашли дневник. Интересно. Да, я знал, что Марк играет нечестно. Он подменил партию Бордо, которую я купил для клиента. Я потерял лицо, а в нашем бизнесе это хуже, чем потерять деньги. Но я не убивал его, если вы это хотите услышать. Хотя... — Он сделал паузу, и его взгляд стал острым, как лезвие.