— Неделя. Может, две, если будешь держать себя в руках и не нервничать, — «обнадёжила» Ани.
— Не нервничать? — я нервно хохотнул. — На корабле, который буквально живой, с призраком маньяка в голове и двумя самыми опасными женщинами галактики, которые готовы перегрызть друг другу глотки? Отличный план.
Я сполз с капсулы окончательно. Ноги дрожали, но держали. Кусок чёрного металла в лотке звякнул, напоминая о себе.
— Лиандра, готовь курс на Омега-9, — скомандовал я, стараясь звучать как капитан, а не как перепуганный пациент. — Ани, найди всё, что есть на этого твоего Ткача. Если он шарлатан, я лично запихну его в шлюз.
— Он не шарлатан, — Ани чуть заметно улыбнулась уголками губ. — Но характер у него ещё хуже, чем у капитана Семёна с похмелья.
— Идеально, — я потянулся за своей курткой, висевшей на стуле. — Мы поладим.
Надевая куртку, я заметил, как левая рука с трудом пролезла в рукав. Она казалась чуть больше правой. Чуть грубее.
Я посмотрел на своё отражение в тёмном стекле выключенного монитора. На мгновение мне показалось, что отражение подмигнуло мне левым глазом.
— Погоня продолжается, — прошептал я себе под нос.
И отражение перестало улыбаться.
Глава 2
Серверная «Рассветного Странника» напоминала внутренности замороженного кита. Тут было холодно, темно и стоял низкочастотный гул, от которого вибрировали зубы. Стены, покрытые биомеханическим волокном, слабо пульсировали синим, словно вены под тонкой кожей.
Я поёжился и плотнее запахнул куртку. Левая рука — та самая, что теперь весила на пару килограммов больше и ощущалась как кусок могильной плиты, — ныла чужеродностью, требуя действия. Сжать, ударить, сломать.
— Ты уверен, Влад? — Кира сидела на полу в позе лотоса, обложившись километрами кабелей и десятком портативных терминалов. Её лицо было перепачкано смазкой, а глаза, обычно живые и озорные, сейчас бегали по строчкам кода с панической скоростью. — Это как засунуть руку в пасть голодному дракону и надеяться, что он веган.
— У нас нет выбора, Кир, — я прислонился к холодной стойке сервера, стараясь не смотреть на своё отражение в полированном металле. — Мне нужны координаты Пси-Ткача. И они есть только у него. В той части памяти, куда у меня доступа нет.
Семён Аркадьевич, стоявший у входа с дробовиком наперевес (будто дробовик мог помочь против компьютерного вируса), громко шмыгнул носом.
— Мне это не нравится, сынок. Ой не нравится. Этот твой цифровой двойник — та ещё гнида. Помнишь, как он пытался перестрелять и отравить нас? Я тогда чуть не поседел, хотя казалось бы, куда уж больше.
— Капитан, если мы не узнаем, где живёт этот Ткач, я скоро сам начну всех выкидывать в космос, — мрачно пошутил я, поднимая левую руку. Пальцы сжались с металлическим скрежетом, хотя никакого металла на них не было.
Кира вздрогнула и с удвоенной энергией застучала по клавишам.
— Ладно. Слушай внимательно. Я создала «песочницу». Это изолированный контур. Виртуальная клетка. Он сможет говорить, сможет показать тебе данные, но у него не будет доступа к системам корабля. Ни к двигателям, ни к жизнеобеспечению, ни к кофемашине Гюнтера.
— Особенно к кофемашине, — кивнул я. — Гюнтер этого не переживёт.
— Я серьёзно, Влад! — Кира подняла на меня свои огромные глаза. — Любой байт информации извне может быть трояном. Если он попросит подключить что-то или передать файл — шли его лесом. Понял?
— Понял. Запускай шарманку.
Кира глубоко вздохнула, перекрестила терминал гаечным ключом (старая привычка с Периферии) и нажала «Enter».
Гудение усилилось. В центре комнаты, над проектором, воздух задрожал. Сначала появились помехи — серые полосы, снег, — а потом из них соткалась фигура.
Я словно посмотрел в зеркало, которое меня ненавидело.
Он выглядел точно так же, как я. Тот же рост, те же черты лица. Но на этом сходство заканчивалось. Я был в потрёпанной куртке, небритый и с мешками под глазами. Он стоял в безупречном чёрном мундире Имперского флота, застёгнутом под горло. Его осанка была идеальной. А взгляд… В его глазах был такой холод, что температура в серверной, казалось, упала ещё на пять градусов.
Цифровой Вазар медленно оглядел нас. Его губы искривились в презрительной усмешке.
— Какая… пёстрая компания, — его голос звучал чисто, без цифровых искажений, бархатно и ядовито. — Грязный механик, провонявший дешёвым маслом. Капитан, похожий на пережаренную сардельку. И ты… — он перевёл взгляд на меня. — Жалкая копия, которая разваливается на куски.