Он хлопнул себя по животу, ожидая вопроса, но Гаврила на его слова внимания не обратил, а завертел головой, пытаясь найти, хотя б глоток свежего воздуха.
В дальнем конце застенка, под самым окном, где воздух должен был быть хоть самую малость получше, висел на цепях толстяк в грязной повязке на чреслах. Хотя народу вокруг бродило множество, около него никто не задерживался. Глянут косым взглядом - и дальше. Вокруг него словно бы проведена была невидимая черта, за которую не решался заступить ни один из узников.
Гаврила задержал дыхание. Одного вида окна, из которого к ним вливался свежий воздух, хватило, чтоб он почувствовал себя лучше. От запахов уже драло горло, и Гаврила дернулся к свету, но Марк остановил его.
- Там хоть отдышимся, - сказал Гаврила, но Марк на его слова внимания не обратил.
- Не слышал, что ли, что с иным лучше потерять, чем найти?
Он наклонился к соседу - маленькому человеку с печальным лицом, кивнул в сторону толстяка.
- Кто это? Почему прикован? Почему никого рядом?
Маленький человек повернулся, и печальное лицо в одно мгновение озарилось мстительной радостью.
- Патрикий… Патрикий Самовратский.
Несколько мгновений Марк молчал, ожидая, что услышит еще чего-нибудь об этом человеке, но его собеседник умолк, считая, что сказал достаточно.
Марк посмотрел на прикованного, потом на мужичка, потом снова на прикованного, и снова на мужичка. В глазах забрезжило понимание. Он присвистнул.
- Неужели тот самый?
Человечек кивнул, словно гордился, что сидит рядом с таким человеком.
- Может где, в других местах и есть такой второй, а у нас только один.
Он опять засмеялся - весело, от души.
- Был, то есть. Теперь-то все…
Купец понимающе закивал. Гаврила смотрел на это не видя, и разговор слушал, не понимая его.
- Знаешь его? - удивился он. - Тем более пойдем…
Марк кивнул и отмахнулся. Он сел около коротышки так, что Гаврила понял, что это все надолго и уселся рядом.
- За что его?
- Видно, было за что, - уверенно сказал человек. - Просто так, без вины, сюда не попадают.
- Как это не попадают? - возмутился Гаврила. - А мы?
Маленький человек посмотрел укоризненно.
- Глупость человека это и есть его вина перед Аллахом! А вы оба наверняка за глупость попали. Как и я впрочем. Тут все из-за глупости сидят…
- Это как? - удивился слегка Марк. - Как это "за глупость"?
- Да просто, - и видя, что его не понимают, объяснил. - Наверняка по глупости своей оказались в том месте, где находиться не следовало бы. А там стражники или еще кто, с ножом, что оказался подлиннее, чем у тебя…
Он подмигнул Гавриле, и тот отчего-то вспомнил злую ухмылку Митридана, а потом, совсем уж невпопад вспомнил и про замок Ко. Журавлевец поднялся.
- Я пойду…
Марк ухватился за волчевку.
- Зачем он тебе?
- Подышу… - уклонился от прямого ответа Гаврила - Не трудись, - сказал маленький человек. - Я тут давно… Кругом одно и тоже. Что люди, что запах.
Он округлил глаза.
- А вдруг придут за ним, да тебя под горячую руку?
Купец поднялся и с силой надавил на Гавриловы плечи, заставив его сесть на место.
- А почему никого рядом нет? У него, что изо рта пахнет?
Человек тихонько засмеялся.
- Дураков нет раньше времени на плаху… На нем гнев Императора… Пил, пил, гад, нашу кровь, да захлебнулся…
Он тряхнул кулаком.
- Есть и на этого паука погибель!
- Злой ты на него, - подначил его Марк. - Видно, что он у одного тебя пол ведра крови высосал…
Гаврила опять дернулся вперед, но купец и тут его удержал.
- Имя грозное, согласен, только что ж он так на особицу… Или и тут не все равны?
- Не все! - гордо сказал мужичок. - Мы людской закон нарушили, а он - волю Императора, что выше всех законов. Он - по особому счету идет.
Марк не возразил. Сиделец, с какой стороны не смотря на это, был прав. А вот Масленников так не считал и даже и не думал. Он упрямо замотал головой и пошел к Патрикию. Марк догнал его, стал дергать за полу.
- Постой… Зачем он тебе? Он прав. Под горячую руку попадемся - плохо будет.
- А то тебе сейчас хорошо…
Гаврила расталкивал встречных руками, оставляя за собой злое ворчание. Купец нехотя плелся сзади.
- Он, похоже, знающий, вроде человек. Может и знает такой где замок Ко.
Узник висел в цепях, безразличный к окружающему миру.
Гаврила сел рядом, принюхался. Коротышка не обманул. Воздух тут на самом деле был ничуть не чище, чем в любом другом месте, но из-за света, что падал из окна, казалось, что все-таки тут было иначе.
- Смелые? - прохрипело со стены. - Или дурные?
Голос узника казался шершавым, как корабельный канат.
- Тебе-то какое дело? - спросил Марк. - Висишь - и виси себе…
- Ну, значит дураки… - рассмеялся тот. - Сколько вас уже тут рядом присаживалось… Обидел я вас что ли когда и вы поквитаться пришли?
- Подышать… - сказал за всех Гаврила. - Поговорить…
- Поговорить, - передразнил его Патрикий. - Мало вам своего горя, что ли? Хотите, чтоб я своим поделился? Или своих врагов мало?
- У тебя свое горе - у нас свое… - Хмуро сказал Гаврила. - Тут без горя не сидят. Только я не о горе…