Выбранное платье оказалось вполне во вкусе упырей: очень облегающее, темно-алое с черным, с разрезами по бокам и очень открытое на груди. Но при этом оно имело, как ни странно, капюшон, что давало возможность частично замаскировать лицо и светлые волосы. Толстый слой косметики - и вот меня уже сложно узнать. Я даже нашла длинные перчатки, удачно скрывшие браслет собакоголовых. Получилась соблазнительная помесь монашки и блудницы. Отлично, теперь на выход!
А коридор гостьевого сектора уже полон разряженной возбужденной толпой. У лифтов толпятся волколаки, бесы, упыри, мавки, колдуньи. Между ними под ногами снуют анчутки. Собакоголовые деловито руководят погрузкой в серебристые кабины, уносящие гостей туда, где бурлит праздник.
- Красавица, вы из временно воскресших или живых? - ко мне подлетает разряженный молодчик. Он пялится на мою грудь, спускает взгляд на бедра и удовлетворенно хмыкает.
- Я пока на тот свет не собираюсь, мне и здесь неплохо, - я улыбаюсь как можно более непринужденно.
- Тоже верно. Главное - искать наслаждения при любом удобном случае. А то нам, избранным темным душам, разрешается воскресать только в день Великого бала. Поэтому сегодня я намерен оторваться по полной. Составите компанию? Представляете, как я оголодал по физическим ощущениям?
- Ой, как заманчиво звучит. С удовольствием.
Замечательно, под ручку с нежитью я буду возбуждать меньше подозрений. Главное, потом вовремя отделаться.
На выходе из лифта на нас обрушивается водопад света, звуков, запахов. Над толпами гостей порхают разноцветные птицы с длинными хвостами. Обнаженные изящные парфенянки снуют с подносами, уставленными бокалами с разноцветной жидкостью. Мой спутник с жадностью хватает парочку, залпом выпивает, берет следующую фужеры и один из них протягивает мне:
- Пей. Я сегодня хочу все и сразу!
Молодчик оборачивается и цепляет еще одну красотку. Это обворожительная бледная мавка с томным взглядом в венке из белоснежных лилий и в полупрозрачной серебристой рубахе.
- Девочки, позвольте ваши ручки. А теперь вперед, к развлечениям!
Наша троица, заливисто смеясь, пробирается сквозь толпу гостей. Увы, Вацлава пока нигде не видно. В соседнем зале стоят огромные фуршетные столы с горами фруктов, пирожных и прочих яств.
- Хочу мороженное! - начинаю капризничать, увлекая спутников туда. Пока они утоляют голод, окидываю взглядом и этот зал. Тоже нет моего любимого.
- А теперь танцевать! - продолжаю капризничать.
Мы перемешаемся в темно- красный зал, наполненный громкой музыкой. Над головами гостей на разноцветных качелях, увитых розами, носятся полуобнаженные красотки всех рас: красномордые упырихи, пышнохвостые волколачки, бледные навки, зеленые вурдалачки. На одной из площадок, словно заправская циркачка, исполняет пируэты морщинистая кикимора. Я оставляю своих спутников выделывать па и по мраморной лестнице поднимаюсь на балкон. Обзор оттуда шикарный, но все напрасно: Командора не видно среди танцоров.
Методично обхожу зал за залом. Извивающиеся среди хрустальных фонтанов в похотливых пантомимах русалки и лешие в одних комнатах сменяются мрачными красноглазыми кровопийцами с острыми клыками в других. Среди колонн скользят двухголовые аспиды с птичьими клювами, сверкая черными крыльями. Жар птицы проносятся словно огненные смерчи. Стены некоторых комнат буквально исторгают дикий первобытный ужас. В них бродят черные сгустки дыма, завывая на все голоса.
От отчаянья я уже не хожу, а мечусь среди гостей. Может Вацлава нет в живых и я только зря трачу время? Одна, среди нежити - да меня разорвут на мелкие кусочки, высосут кровь, растащат по атомам, если раскроют. Наверняка моя аура словно столб света среди темных сущностей, просто пока на моем пути не попались сильные маги. Я вся покрываюсь липким предательским потом.
В одном из залов, больше похожем на огромную пещеру, топчутся великаны: одноглазые мерзкие старики и старухи в рваных одеяниях. При виде меня они оживляются, тянут костлявые шестипалые лапы и визжат:
- Не найдешь ты то, чего ищешь, век будешь бродить, никому не нужная, вся в гниющих струпьях и кровавых слезах, умирая от голода и жажды, страдая от мучительной боли. Съедят тебя бесы и даже косточек не оставят!
Стоп, хватит, даже Лихи одноглазые почувствовали мой страх. Да провалитесь вы в Преисподню: я преодолею все препятствия, повергну всех врагов, я сильная, смелая, меня так просто не сломить. И, словно почувствовав смену настроения, великаны теряют ко мне интерес и расходятся по углам.