Я попрощался с Сеней, и вечерний город словно померк. Без привычного шума и гама крысы в портфеле, путь домой казался не просто длиннее, а каким-то чужим, незнакомым.
Ни шевелений, ни писка. Всё время боялся, что мама зайдет в комнату, когда меня не будет дома, начнёт прибираться и увидит спрятанную клетку в шкафу. Напугается и заставит продать крысу.
Может, это и глупо, но я не нашел ничего лучше, чем просто брать ее с собой каждое утро. Объяснить маме, что в мою комнату нельзя входить, было просто нереально. Аргумент был один и железобетонный: "Тебе скрывать нечего!"
В итоге, я свернул на набережную. Обычно в это время здесь кипела жизнь: спортсмены наматывали круги, влюбленные шептались на скамейках. Но сегодня было тихо. Лишь редкие силуэты проносились в полумраке. Мое внимание привлекла миниатюрная черная тень.
Она остановилась, несколько раз оглянулась по сторонам, словно чего-то или кого-то искала. Поднесла телефон к уху. Судя по всему, вызывала такси или просила кого-то встретить ее.
Что-то в этой фигуре показалось мне знакомым. Очень знакомым.
И тут она заговорила. Знакомый голос, такой нежный и хрупкий, пронзил вечернюю тишину.
Как только незнакомка развернулась лицом в мою сторону, я невольно улыбнулся. Сердце содрогнулось, а в груди разлилось тепло.
Виктория...
Она заметила меня тоже, но на ее лице отразилось замешательство, даже испуг. Она резко отвернулась и ускорила шаг, направляясь вдоль дорожки. Какая-то сила подтолкнула меня. Я не мог просто стоять и смотреть, как она уходит.
— Постой, — сказал я настолько тихо, что сам еле расслышал. — Подожди, пожалуйста, — произнес чуть громче.
Я нагнал ее, и наши плечи случайно коснулись.
— Прости, я напугал тебя?
— Что?... — хрипя, переспросила она и откашлялась. — Нет, точно нет. Я не из пугливых, — она внимательно осмотрела меня. — Просто не ожидала увидеть кого-то здесь.
— Ну...
Все слова, которые я хотел сказать, куда-то мигом улетучились из головы. Я вдруг забыл, как говорить, забыл, что у меня вообще существует язык. Все мысли перемешались в голове в какую-то непонятную кашу, оставив меня стоять и глупо улыбаться. Лишь одно имя крутилось в голове: Виктория. Виктория. Виктория.
— Кстати, спасибо, — сказала она, натягивая капюшон толстовки на голову. — За то, что помогли мне. Как твой друг? Ему досталось из-за меня.
— А, Сеня... Да нормально с ним всё. Пару синяков – не смертельно. И тебе не за что благодарить.
— Мне в ту сторону, — девушка остановилась, кивнула в сторону высоких многоэтажек. — Я рада... была. Ой, — она стеснительно потерла лоб. — Рада была встретить тебя.
Позволить ей вот так просто уйти? Одной? Будь же мужчиной, Жень.
— Разреши мне проводить тебя до дома, — как можно более настойчиво, но при этом мягко, произнес я. — Прости, если навязываюсь. Я могу идти немного сзади, чтобы не смущать тебя и не донимать разговорами. Просто... на улице слишком темно.
Я был готов к отказу. Но в то же время, я не понимал, что со мной произойдет, если она откажет. Если не примет мою заботу. Эта мысль пугала меня гораздо больше, чем клоуны. Да, я до дрожи в коленках боюсь клоунов.
— Боюсь, что, если ты будешь идти следом, то я начну паниковать, — тихо произнесла она.
Я напрягся. Кажется, я что-то делаю не так.
— Хорошо, пойдём. — слегка улыбнулась Вика.
Она ускорила шаг, и я, повинуясь неведомому инстинкту, заставлял себя держаться на небольшом расстоянии от нее. От нее исходила какая-то бешеная энергетика, такая сильная и необузданная, что рядом с ней я боялся сделать глубокий вдох. Мне казалось, что она обладает какой-то невероятной силой, что она умеет силой мысли перекрыть дыхание любому мужчине, осмелившемуся подойти к ней слишком близко.
Мы шли молча.
"Нужно разбавить обстановку, — думал я, и продолжал молчать, безуспешно пытаясь подобрать подходящие слова. — Что-нибудь нейтральное, не личное, не навязчивое".
Её выражение лица изменилось молниеносно. На дисплее экрана я увидел «Мамочка». Она сбросила звонок, убрав мобильник в карман спортивных штанов. Не успел я придумать хоть что-нибудь, как у Вики зазвонил телефон.
— Почему не ответила? — поинтересовался я.
— Мошенники достали названивать. Даже ночью покоя не дают, — солгала она.
Я поправил сползшую лямку портфеля. Что у неё произошло? Почему она так нервничает?