– Викуль, опаздываем! – вихрем ворвалась мама в мою комнату, заставив подскочить от неожиданности.
– Я знаю, мам, знаю, – пробормотала я, нервно теребя платья. – Помоги застегнуть, пожалуйста. Сама не могу дотянуться.
Она подошла ко мне и встала сзади. Ее руки слегка тряслись, когда она аккуратно застегивала молнию моего платья. Я чувствовала ее дыхание на своей шее, и вдруг услышала тихий всхлип за спиной. Обернувшись, я увидела, как мама смахнула слезу с щеки.
– Красивая какая... – дрожащим голосом произнесла мама и приобняла меня со спины. – И на меня так похожа. А я тебе сейчас фотографии покажу. У меня есть одна... ты обалдеешь!
– Ну, мам, может, не надо? Опаздываем ведь. Все уже, наверное, собрались. Боже, что за неугомонная женщина...
– Сейчас, я быстро! – отмахнулась она.
На самом деле я уже тысячу раз видела все альбомы. И знаю наизусть за какой фотографией будет другая. Перечить маме бесполезно, поэтому я просто уселась на край кровати и обречённо вздохнула.
– Вот! Вот эта фотография! – восторженно воскликнула мама, запыхавшись. Ее ноги в домашних тапках заплелись, и она едва не упала, пока дошла до меня. – Я здесь молоденькая еще, совсем девчонка. И платье у меня здесь... немного совсем похожее на твое. Видишь?
И она протянула мне старую, выцветшую фотографию. И тут я поняла, что это что-то новенькое. Такую фотографию я видела впервые. Мама, совсем юная и беззаботная, в компании каких-то незнакомых людей, улыбалась и держала в руке бокал с напитком. Действительно, наши платья имели что-то общее – фасон, кружева. Я с интересом разглядывала фото, а мама, увлеченная воспоминаниями, рассказывала про этот день, про вечеринку.
Но тут моё внимание привлёк парень, стоящий немного позади моей мамы. Он не улыбался и казался отстраненным и даже грустным. Его темные глаза смотрели куда-то вдаль, а на лице застыло выражение печали. Его рука слегка приобнимала маму за талию.
– А это кто? – не удержавшись, спросила я.
Мама смутилась, покраснев, как школьница. Ее взгляд забегал, и она отвела глаза.
– Это, дочь... – запнулась она, словно подбирая слова. – Это... любовь моя первая.
Я внимательно изучила ее лицо. И на миг меня охватил необъяснимый страх. Неужели она до сих пор любит этого человека на фото? Неужели ее сердце хранит воспоминания о нем, несмотря на годы? А как же папа, который всегда был рядом, любил ее и заботился о ней?
– Это было очень давно, Викуль, – наконец, произнесла мама, нарушив затянувшееся молчание. – Я была совсем наивной... Мы встречались недолго.
– А почему вы расстались? – спросила я, не отрывая взгляда от фотографии. Парень казался каким-то потерянным, будто он уже тогда знал, что их пути разойдутся.
Мама вздохнула, словно вспоминая что-то болезненное.
– Жизнь так сложилась, доченька. У нас были разные мечты, разные цели. Он хотел уехать из города, а я... Я не могла просто всё взять и бросить. Да и вообще, это не важно. Главное, что все это в прошлом.
Она попыталась улыбнуться, но улыбка получилась натянутой и грустной.
– А папа знает о нём? – вырвалось у меня.
– Нет, – тихо ответила она. – Это ведь было ещё до нашей встречи. Зачем ворошить прошлое?
Но разве можно так просто забыть то, что когда-то было частью твоей жизни? Разве можно стереть из памяти человека, которого любила? Как папа отреагирует, если узнает о первом мамином возлюбленном? Будет ли ревновать? Глупость какая. Они же взрослые люди, конечно, нет.
– Мам, а ты жалеешь о чем-нибудь? – спросила я.
Она, погруженная в свои мысли, глядела в окно. На улице давно погасли последние отблески заката.
– Жалею, что волосы не покрасила в двадцать лет, как все девчонки, – призналась она, и тихий смешок сорвался с ее губ. – Хотела в огненно-рыжий перекраситься, представляешь? А твоя бабушка ни в какую не разрешила. Говорила, что это неприлично. Мама снова посмотрела на фотографию.
– Ты до сих пор его помнишь, да? – осмелилась я спросить.
– Помню, Викуль. Но это просто воспоминание. Часть моей юности. Любовь к твоему отцу – это совсем другое, не надумывай ничего себе. Это настоящее, это навсегда.
Она обняла меня крепко-крепко.
Прошлое остается в прошлом. Главное – это настоящее: это те люди, которые сейчас рядом с тобой, которые поддерживают тебя и любят, несмотря ни на что.