Ее длинные, распущенные волосы лезли в лицо и мешали. Я, недолго думая, присел на корточки, а в следующее мгновение и вовсе опустился на колени, словно рыцарь, готовый служить своей даме. Аккуратно взял пару прядок и перекинул их через ее плечо, освобождая вид. Она улыбнулась, посмотрев на меня с теплотой в глазах.
— Я помогу, клади ногу на меня, — кивнул я на свою грудь, шутливо предлагая себя в качестве подставки.
Вика, поначалу слегка озадаченная, казалось, не совсем поняла мой замысел. Она просто развернулась в мою сторону, вопросительно изогнув бровь. Пришлось действовать решительнее и самому перехватывать ее ногу, стараясь быть максимально деликатным. Острый каблук ее туфельки уперся прямо в солнечное сплетение, заставив меня невольно поморщиться. Но я не подал виду. Ничего сложного в самом процессе не было, просто маленькая, коварная застежка никак не поддавалась ее пальчикам, возможно, из-за маникюра, который, безусловно, был прекрасен, но явно не предназначен для таких мелких манипуляций.
— Что вы там так долго возитесь? — не выдержал Сеня. — Опа... Хулиганим, да? – добавил он с ехидной ухмылкой.
— У неё просто...
— Да, конечно. Каблучок ты, Жень. — перебил он меня, заливаясь заразительным смехом, который эхом разнесся по двору.
Ну да, я каблук. И что?
— Спасибо тебе огромное за помощь! И... – она слегка потупилась, на мгновение опустив взгляд. – У тебя очень красивые руки. Я заворожена, – прошептала она, словно боясь быть услышанной.
Все еще стоя на коленях, я малозаметно, но с достоинством поклонился ей в знак благодарности за комплимент. Ее слова коснулись моего сердца, оставив после себя ощущение легкой эйфории.
Сеня не смог угомониться даже в тесном лифте многоэтажки. Он продолжал подкалывать меня, шептал «каблук» прямо на ухо и давился от смеха. А я, будто собираюсь умирать, вцепился побелевшими пальцами в края своей куртки. Клаустрофобия мучила меня с самого детства, превращая небольшое замкнутое пространство в настоящий кошмар. Это я понял, когда приехал погостить мой старший двоюродный брат, решивший «пошутить» и закрывший меня в старом шкафу. Там я просидел, наверное, целых два часа, пока меня, наконец, не нашла испуганная мама. Я помню себя заплаканным, дрожащим от страха и абсолютно беспомощным.
Мысленно, чтобы хоть как-то отвлечься от надвигающейся паники, я начал считать до десяти и обратно.
Но на шестой цифре мой внутренний счетчик внезапно остановился. Вика неслышно придвинулась поближе ко мне и, робко взяла мой мизинец в свою ладонь. В этот момент я вспомнил о своей маленькой сестренке.
Как по волшебству страх начал отступать. Не сразу, конечно, но медленно и верно испарялся. Прикосновение Вики вернуло меня в реальность.
— Дома никого нет? — поинтересовался Сеня, с любопытством оглядывая площадку перед квартирой Вики.
— Нет, а что такое? – ответила Вика, вставляя ключ в замочную скважину и поворачивая его с легким щелчком.
— Да так, ничего особенного, – уклончиво ответил Сеня. – Просто я иногда могу такую фигню сморозить, что потом самому стыдно становится. Хотел убедиться, что свидетелей не будет.
— Кто бы в тебе хоть когда-нибудь усомнился, – поддел я его, легонько пихнув в плечо. – Ты же у нас мастер эпических фейлов.
— Говорит человек, который при моей маме умудрился назвать себя хозяином, – парировал Сеня, с победным видом поглядывая на меня. – Вот уж кто мастер, так это ты.
Вика, услышав наш диалог, обернулась к нам и состроила на лице заинтересованное выражение. Ей не терпелось узнать, о чем идет речь.
— Да, прикинь, – начал Сеня, предвкушая возможность меня подколоть. – Он заходит ко мне домой и прямо с порога, как ни в чем не бывало, заявляет: «Умеешь ты встречать хозяина своего!». Причем, произносит это с таким видом, будто так и надо! А потом выходит моя мамка.
— Сеня, заткнись, — процедил я сквозь натянутую улыбку, стараясь сохранить хоть какое-то подобие самообладания. — Я тебя в унитаз окуну, придурок. Перестань меня позорить! — прошептал я, все так же глупо улыбаясь и надеясь, что мой гневный шепот останется незамеченным.
— Всё, всё... Обещаю. Больше не буду, – поднял руки вверх Сеня. – Наверно.
Я точно дружу с тем, с кем надо?
Определённо, да.
Глава 13. Если получать, то только вместе
Виктория
Сеня чувствовал себя слишком свободно. Его раскованность граничила с наглостью. О какой скромности могла идти речь, когда он схомячил все конфеты, рассказывая очередную историю, при этом активно жестикулируя и не стесняясь в выражениях? В противовес ему, Женя, казалось, испытывал неловкость от всего происходящего. Он стоял в проходе между кухней и гостиной, переминаясь с ноги на ногу. Его поза выражала крайнюю степень смущения. Вероятно, он так и остался бы стоять, не решаясь присоединиться к нашей компании, если бы я, движимая желанием хоть как-то его приободрить, чуть ли не силой не усадила его за стол.