Учимся в одной школе, да?
Завтра я разберусь с тобой, извращенец
Глава 3. Один взгляд, а дальше вся история
Вика
Вечер опустился на город, окрасив небо в тревожные оттенки багрового и серого. Внутри нашего дома, казалось, бушевала собственная, персональная гроза. Мама начала свой «разбор полетов». Я, как провинившийся пилот, сидела, зажатая в углу дивана, и пыталась спрятаться от града ее слов, закрыв уши руками. Это не помогало. Ее голос, наполненный разочарованием и обидой, проникал сквозь меня, словно ядовитый дым.
Речь шла о моей безответственности, неблагодарности и, самое болезненное, тупости. Это слово, словно зазубренный камень, раз за разом царапало мою душу. Мама, в порыве гнева, не упускала возможности напомнить о моей «никчемности» и «неспособности ни к чему». Безусловно, после каждой такой бури она приходила с извинениями, с раскаянием в глазах, но слова уже были выпущены. Я делала вид, что прощаю, но внутри росло и крепло горькое семя обиды, которое я тщательно скрывала от всех.
Ее крик нарастал, становился почти истеричным, пока в комнату не вошел папа. В руках у него была розовая клетка, как насмешка над мрачной атмосферой в комнате. Внутри, беспокойно копошась, металась белая крыса. Он подошел к маме, обнял ее за плечи и что-то тихо сказал. Ее тон постепенно смягчился. Шторм стих.
« Маленькая ещё дочь у нас. В её возрасте и я не знал, с какой профессией хочу жизнь связать.», — услышала я понимание отца и чуть не расплакалась.
С папой у меня всегда были особенные отношения – более доверительные, более близкие, чем с мамой. Парадоксально, ведь должно быть наоборот. С ним я могла говорить о своих страхах, сомнениях, о мечтах, которые боялась озвучить даже самой себе. Он слушал, не осуждая, не перебивая, и всегда находил нужные слова, чтобы поддержать и ободрить.
Ночь выдалась кошмарной. Я долго не могла уснуть, ворочаясь в постели и мучаясь от тревожных мыслей. В голове снова и снова всплывала та скрытная фотосессия Кирилла. Вернее, не такая уж и скрытная, раз я ее заметила. Что он собирается делать с моими фотографиями? Кому хочет показать? Мое воображение, подстегиваемое страхом, рисовало самые ужасные картины. Я видела свое тело, выставленное на всеобщее обозрение на сайтах для взрослых, мое лицо, приклеенное на стены грязных туалетов. От одной мысли об этом пробегали мурашки, а желудок сжимался от тошноты. Чем я могла так обидеть Кирилла? Ведь мы виделись всего один раз. Почему он так поступил?
Разбудила меня новая подружка. Смотрела она на меня как-то очень уж печально. Папа, кстати, лишних вопросов не задавал, поинтересовался лишь, как я назову крысу. Может, нужно было сообщить вахтершам? Хотя... О чём? Какой дурак мог принести крысу в школу, заведомо зная, что могут исключить?
Вопрос о том, как зверёк попал в подсобку, оставался открытым.
— Викуль, я сегодня не смогу тебя отвезти. Опаздываю на работу, — прозвучал голос папы, сопровождаемый тихим стуком в дверь. — Слышишь? И забрать тоже вряд ли успею. Придётся тебе на автобусе добираться. Или хочешь, дядю Лёшу попрошу? Он, может, подкинет.
Дядя Лёша... Он, конечно, человек уважаемый, спору нет. Но этот тип за украденную малину, кажется, до сих пор на меня обижен.
— Автобус — это ещё не самое страшное, — с усмешкой ответила я, услышав, как отец оценил мой юмор. — Уж не хуже, чем встреча с Алексеем Анатольевичем, точно. Так что не переживай, всё путём.
— Ну, смотри. — сказал он.
Тяжёлые свинцовые тучи затянули небо. Поднимался сильный ветер, трепал волосы и завывал в ветвях деревьев. Обняв себя за плечи, я плелась к автобусной остановке, чувствуя, как зябко становится. В глубине души я надеялась, что автобус сломался где-то на полпути или вообще решил взять выходной. Что угодно, лишь бы избежать встречи с химией.
Мои робкие надежды рухнули, как карточный домик, когда вдалеке показался жёлтый монстр. Путеводитель в ад. В школу, которую я тихо ненавидела. В место, где хотелось рыдать, рвать на себе волосы и мечтать о побеге.
В автобусе, как и ожидалось, яблоку негде было упасть. Я стояла, широко расставив ноги для устойчивости, и невольно пихала всех людей сзади своим рюкзаком. Я не виновата, просто очень редко доводилось передвигаться на общественном транспорте.
А что, если бросить эту чёртову лёгкую атлетику и пойти на танцы? Ну, серьезно. Можно же забросить эти бесконечные соревнования, где тебе каждый раз пытаются сломать ногу или подставить подножку, и научиться, наконец, садиться на шпагат. Вместо ненавистных турников держать руку симпатичного партнёра. Нет, почему сразу вальс? Может, что-то более современное? Хип-хоп, например? Или... а может...