— Не поймите меня неправильно, милорд, — аккуратно заговорила, выверяя каждую фразу. — Безусловно, мужчины, в чьих руках сосредоточена власть, зачастую пользуются большим вниманием у дам. Но когда между двумя сердцами возникает то самое чувство, называемое любовью, логика имеет меньшее значение. Иногда оно любовь и вовсе иррациональна. Так что мой ответ — «да». Всё может случится, если так распорядится судьба, и душа изберёт спутника вопреки всякой логике.
Арас смерил меня долгим тяжёлым взором. Точно проверял, насколько искренним является моё объяснение. А оно было совершенно искренним, без фальши и украшательств. Не знаю, что на этот счёт ответила бы Адалена, и каковы были её мотивы отказов влиятельным женихам, но я говорила за себя. И сказала так, как действительно думала.
— Боюсь, ваши рассуждения, миледи Адалена, слишком… романтизированы, — рэй Крост вмешался в разговор, когда я к этому была совсем не готова. В его тоне явственно звучал сарказм. — Вы всё-таки разговариваете с единственным и непреложным правителем Эвигона, первого лица целого мира, на чьих плечах возлежит огромная ответственность.
— Разумеется, я помню об этом и никогда не забываю, — возразила я.
— Ну, в таком случае просто не понимаете, что, как лорд своих земель и как Хранитель Января, милорд Арас обязан думать не только о делах сердечных, но и о благополучии всех своих подданных.
— У меня нет никаких сомнений, что милорд всегда думает именно об этом, — снова опровергла я его завуалированную издёвку.
— Значит, вам не составит труда осознать, какие обязательства это накладывает.
— И как же это может быть связано с выбором спутницы жизни?
— Напрямую, — почти по слогам ответил рэй и глянул на правителя. — Тем более, что мой повелитель уже сделал свой выбор.
— Мы говорили не обо мне, — приструнил его Арас. — Адалена рассуждала о своих предпочтениях. Твои замечания, Крост, в данном случае не имеют никакого смысла.
— Простите меня, повелитель, — рэй склонил голову и прикрыл веки, приложив ладонь к солнечному сплетению. — Мне стыдно за свою выходку. Впредь постараюсь не совершать подобных ошибок.
Произнеся всё это, Крост пришпорил коня и отодвинулся в сторону. Однако я не поверила в искренность его извинения. Думаю, и Арас не купился на столь очевидную дерзость, на которую рэй пошёл намеренно, прекрасно зная, какая реакция последует.
Как только отъехал Крост, правитель также оставил меня и ушёл далеко вперёд. Я вновь оказалась без собеседника, а внутри меня после случившегося диалога остался какой-то неприятный осадок.
Глава 38
Впрочем, мне не удалось надолго погрузиться в рефлексию. Уже через пару минут моё уединение нарушило появление Рэагана.
— А у тебя удивительный талант наживать себе неприятелей, — сказал он, поравнявшись с моей лошадью и не скрывая самодовольства в голосе.
— Неприятелей? С чего ты взял? По-моему, ни у кого нет причин враждовать со мной.
— Причины найдутся всегда. Был бы повод.
Мне вспомнился неприязненный взор рэйлин Тефании. Возможно, даже Рэаган умудрился его заметить. Не так уж тщательно она маскировала свою неприязнь ко мне.
— Скажи, — воспользовавшись случаем, решила я кое-что уточнить, — а Тефания и Арас действительно намерены пожениться?
— Во всяком случае, этого брака ждут многие в Империи, — уклончиво ответил Рэаган.
— Многие… — пробормотала я. — Но мне скорее интересно, входят ли в этот список сами жених и невеста.
— У тебя на этот счёт есть сомнения? — главнокомандующий вопросительно приподнял бровь.
— Не мне об этом судить.
— И не мне, — согласился он и добавил: — А также не в моих правилах давать непрошенные советы, да ты, полагаю, и не станешь прислушиваться… И всё же я бы рекомендовал тебе лишний раз не встревать в отношения Араса и Кроста.
— Я вовсе не встревала. И, вообще, даже близко не намеревалась.
— У кого-то на этот счёт может быть иное мнение.
— «У кого-то» — это у кого? У тебя? — я тут же пошла в оборону и «выпустила когти».
Однако главнокомандующий будто бы не заметил моих едких интонаций.
— Нет, Адалена. Придворные интриги касаются меня в последнюю очередь. Моё дело — война, а не светские происки.
— Но сейчас нет никакой войны, — я обрадовалась, что смогла подловить его на слове.
— Война идёт всегда, — отрезал Рэаган. — Зримая или незримая. Войну невозможно прекратить. Её лишь можно сделать не столь заметной. Но, как я уже сказал, дворцовые сплетни — не моё поле боя. Хотя коснуться оно может любого. Просто я не так умел в этих делах. И, как мне показалось, ты тоже.