Ролгар хотел ответить, но его прервал крик Лины. Он обернулся, его рука уже сжимала нож. Лина стояла, указывая в лес, её лицо было бледным, как смерть.
— Они здесь, — прошептала она, и её голос дрожал. — Они видят нас.
Ролгар бросился к ней, но лес ожил. Треск веток, рычание, что поднималось из глубин, и тени — не те, что следовали за Нароном, а живые, с когтями и клыками. Волколаки. Их глаза, жёлтые, как луна, горели в сумраке, их тела, покрытые грубой шерстью, двигались с грацией хищников. Ролгар насчитал шестерых, но знал, что их больше.
— К бою! — рявкнул он, натягивая лук. Стрела с серебряным наконечником сорвалась с тетивы, вонзившись в грудь ближайшего волколака. Тот взвыл, но не упал — серебро ранило, но не убивало сразу. Нарон выхватил меч, его клинок блеснул, рассекая воздух. Торин, с двумя ножами в руках, метнулся к Лире, прикрывая её и Лину. Лира, не теряя времени, начала шептать, её руки чертили знаки, и воздух вокруг неё задрожал, как от жара.
Волколаки атаковали, их когти рвали землю, клыки щёлкали, как капканы. Ролгар стрелял, его стрелы находили цель, но стая была слишком быстрой. Один из волколаков прыгнул на него, его пасть была раскрыта, как ворота в ад. Ролгар уклонился, его нож вонзился в бок твари, но когти полоснули по его плечу, оставив горящую боль. Он выругался, но не отступил. Он был охотником, а охотники не бегут.
Нарон сражался, как буря. Его меч пел, рассекая шерсть и плоть, но волколаки окружали его, их глаза были не просто голодными — в них был разум. Они знали, кто он, и они хотели его крови. Торин, танцуя между тварями, резал их серебром, его движения были быстрыми, как молния. Лира закончила заклинание, и волна жара ударила по стае, заставив их отпрянуть, но не остановила.
Лина, прижавшись к дереву, кричала, но её голос был не просто страхом. Она указывала на что-то в лесу, и Ролгар, бросив взгляд, увидел его — вожака. Огромный волколак, с шерстью, чёрной, как ночь, и глазами, что горели, как угли. Он не нападал, он наблюдал, и Ролгар знал, что это не просто зверь. Это был разум, старый и хитрый, как сам лес.
— Нарон! — крикнул Ролгар, перезаряжая лук. — Вожак! Он их ведёт!
Нарон обернулся, его взгляд нашёл волколака, и на миг их глаза встретились. Вожак зарычал, но не двинулся. Вместо этого он поднял голову, и его вой разнёсся по лесу, как набат. Стая отступила, их тени растворились в тумане, но Ролгар знал, что это не победа. Это была передышка.
Отряд собрался у ручья, тяжело дыша. Ролгар перевязал плечо, игнорируя боль. Нарон, чей плащ был порван, стоял, глядя в лес, его меч был покрыт чёрной кровью. Торин, вытирая ножи, сплюнул на землю. Лира, чьё лицо было бледным от заклинания, поддерживала Лину, чьи глаза всё ещё были устремлены в туман.
— Они не ушли, — сказала Лира, её голос был хриплым. — Они ждут.
Ролгар кивнул. Он знал волколаков. Они не отступали, пока не брали добычу. Но вожак… вожак был другим. Он видел в его глазах не только голод, но и цель. И эта цель пугала его больше, чем когти.
— Мы идём дальше, — сказал Нарон, его голос был твёрдым, но Ролгар заметил, как его рука дрожит. — Храм — наш единственный шанс.
Ролгар хотел возразить, но Лина заговорила, её голос был тонким, но ясным.
— Он знает тебя, — сказала она, глядя на Нарона. — Вожак. Он видел тебя там. За гранью.
Нарон замер, его лицо стало неподвижным, как камень. Ролгар почувствовал, как холод пробирается под кожу. Он не знал, что Нарон видел за гранью, но слова Лины подтвердили его худшие страхи. Тени, волколаки, знаки — всё это было связано с Нароном, и Ролгар, несмотря на свою клятву, начинал сомневаться, стоит ли идти с ним.
Ночь накрыла лес, как саван. Отряд устроил лагерь в небольшой ложбине, где деревья смыкались, образуя подобие крыши. Костёр, разведённый Лирой, горел слабо, его дым пах травами, что она бросила в огонь. Ролгар стоял на страже, его лук был наготове, глаза искали движение в тенях. Он не спал — не мог. Лес был живым, но теперь его жизнь была отравлена, и Ролгар, знавший каждый его шорох, чувствовал себя чужаком.
Лина спала, свернувшись под плащом Лиры, её лицо было спокойным, но Ролгар знал, что её сны полны теней. Нарон сидел у костра, его взгляд был устремлён в огонь, но Ролгар видел, что он не здесь — его мысли были далеко, в той тьме, что он принёс с собой. Торин, точя нож о камень, бросал на Нарона взгляды, полные подозрения. Лира, перебирая травы, молчала, но её глаза, острые, как клинки, следили за всеми.
Ролгар подошёл к Нарону, его шаги были тяжёлыми, как его сердце.
— Расскажи, — сказал он, садясь рядом. — Что ты видел там? Лина говорит, что вожак знает тебя. Что это значит?
Нарон не ответил сразу. Его пальцы сжали нож, что лежал на коленях, и Ролгар заметил, как шрам на его ладони, от крови, что он пролил в доме, всё ещё кровоточит.