- Слава Зонуру письмо дошло.
- Что здесь произошло?
- Весь город мертв, - парень поднялся и взял свой меч из рук Алекс. – Это произошло две недели назад. Кто-то кого-то убил и началось. Стражники даже не справились.
- Сколько в городе было людей?
Алекс вдруг почувствовал неприятный запах от мальчика.
- Человек пятьсот.
- Ты не мог сбежать?
- Дверь кто изнутри закроет? – с недовольством в голосе прошептал парень. – Они разбегутся. Я летать не умею. Сколько вас?
- Двадцать четыре.
- Я целую армию в письме просил. Столько не хватит.
- Таких как мы хватит. Мне бы дверь открыть, чтобы наших впустить.
- А сейчас день или ночь?
- День.
- Хорошо, - парень улыбнулся. Из его рта тоже неприятно пахло. - Ночью они почему-то в эту часть города приходят.
- Как тебя зовут?
- Торк сын барона Форн Дерга, - с гордостью в голосе произнес он и тут же чуть не заплакав, сказал. – Отец подал идею с письмом, когда сжег мать. А теперь я слышу, как он зовет меня.
- Я сочувствую тебе.
- Иди уже. Зачистите город, - Торк вытер слезы грязным рукавом. - Я не выйду отсюда, пока вы этого не сделайте.
- Хорошо, - кивнул Алекс и направился к входной двери.
Во дворе никого не было. Проходя по маленькой площади, Алекс заметил разорванные части тел на земле и разбитые окна с дверьми. Сдерживая позывы рвоты, он добежал до ворот. Дверь была заслонена бочками. Торк все предусмотрел. Когда Алекс открыл дверь, то первой увидел Анну. Девушка улыбнулась ему и, подмигнув, побежала вперед. Алекс сразу догадался, что ей приказано создать защитное поле невидимости.
За ней в город тихо зашли и остальные. Последним зашел Алекс Сайвор. Командир, молча, улыбнулся ему, похлопал по плечу и отдал оружие.
- Все сделано. Шумите, как хотите, - сказала Анна, стоя на площади.
- Молодец, - кивнул Сайвор, осмотрелся и обратился к отряду. – Как я приказывал на улице, устанавливайте баррикады, стройтесь рядами и потом устраиваем концерт пятистам мертвецам.
Когда все было готово, солдаты приготовили свои ружья и мушкеты. Впереди как всегда строем стояли десять самых сильных солдат. Среди них была Анна, и Георг. Средние стояли за спинами сильных. Алекса, Тилоса и Карла, как самых метких, поставили за углами домов, где все просматривалось. Карл отложил дробь и вставил магический камень в свое ружье. Как человек он не мог призвать снаряды в своем оружии. Он всегда стрелял из заговоренного ружья.
- Начинаем концерт, - с горящей саблей в руке сказал Алекс Сайвор.
Анна, снимая заклятье невидимости, махнула рукой и громко запела:
В теплую ночь пьяный граф ворвался к супруге,
Думал он, что она со слугой молодым и смазливым!
Но вдруг оказалось, что в кровати супруги,
Гостит подруга, а также ключиница с дворецким игривым.
Ночь темна и страсти полна,
Кровать благородной заполнена сполна!
Ночь темна и страсти полна,
Кровать благородной скрипит до утра!
Когда Анна закончила петь, весь отряд вместе с командиром смеялся. Громче всех, сжимая ружье, задыхался от смеха Тилос.
- Молодец девка, но больше таких песен исполнять не надо, - подавив смех, приказал Сайвор.
- Хорошо, - ответила Анна и игриво взглянула на Алекса.
Он ответил рыжей девушке улыбкой и кивком.
- Знаю я такую графиню и графа, - вытирая слезившиеся от смеха глаза, сказал Георг.
- Скажи, кто это и я уйду из армии и наймусь к ним, - тяжело дыша, сказал Тилос.
Георг хотел ответить, но побледнел и сжал ружье, когда услышал голос приближающегося ребенка, - мертвеца.
- Мамочка не надо! Мамочка не надо! – выходя из-за угла, говорил окровавленный безрукий мальчик. Из вырванного глаза все еще сочилась кровь. Второй уцелевший глаз бесстрастно смотрел куда-то. Но увидев солдат, ребенок остановился, и громко закричал. Мальчик рванулся со своего места и побежал, но вскоре ударился о невидимую стену. Первой выстрелила Анна. Огненная пуля попала в голову и начала быстро сжигать маленького мертвеца. Вскоре от ребенка остался только пепел. Тем временем из-за угла выбежал окровавленный повар с тесаком, безрукая женщина, и три мужчины.