– Не могу. Не получается. Что ни делала – все равно не получается. Что только ни делала… Цепочку невозможно порвать, замочек невозможно открыть. Словом, действительно на долгую память…
Некромаг коснулся металлического цветка и нахмурился.
– Анемон… Вполне в духе моего ученика. Он любил подобные символы… Кровь, любовь и смерть… Утонченно. И в духе профессии. Морганы – старый род, жаль, что потомков больше не осталось. Столько знаний утеряно…
Судя по дому, в котором жил Винсент, род, и правда, был старым и благородным…
– Но магии на кулоне я не ощущаю. Никакой. Кто бы ни подарил его, вряд ли здесь кроется какой-то злой умысел.
Злой умысел…
– Но и снять не выходит! Чего только я не делала… А внутри шарика в центре цветка вроде бы кровь… – пожаловалась я. – Наш эксперт говорит, там может быть заклинание… Нервирует, знаете ли…
Некромаг тихо и как-то скрипуче рассмеялся.
– Дорогая мисс Джексон, это всего лишь предрассудки тех, кто незнаком с нашей областью магии. Мы не храним в крови заклинания. Мы подпитываем наши заклинания кровью. К тому же, будь на этом предмете чары кого-то из мастеров смерти, то я бы почувствовал их даже в спящем состоянии.
С одной стороны, Паскаль мог и врать… Но что если кулон действительно чист, и ничего такого слишком уж коварного Морган не замышлял?
– Но почему я не могу никаким образом это снять? Как и, главное, зачем вообще можно проделать подобный фокус?
Безделушка на моей шее явно служила какой-то тайной цели Винсента, не зря же он собственными руками надел ее на меня. Маг задумчиво разглядывал металлический цветок, словно пытаясь обнаружить признаки скрытого смысла. Должно быть, не удавалось.
– Признаю свое полное поражение. Я не в состоянии ответить ни на один из ваших вопросов. Могу только сказать с полной уверенностью, что дарителем не мог быть мой ученик. Мертвецы приносят другие дары…
Мне оставалось только тяжело и недовольно вздохнуть. Все некромаги в один голос твердят, что Винсент Морган покинул мир живых окончательно и безоговорочно.
– Когда я сказала Говарду Флину, что видела Моргана, с ним едва сердечный приступ не случился… – тихо начала я, доставая из кармана мобильный телефон. – И он тут же активировал какое-то заклинание, из-за которого на стенах проступили светящиеся символы. А Уилл Грехэм на эту новость среагировал еще удивительней: тут же признался в убийстве Марка Сандерса. А у нас даже не было против него никаких доказательств! Они словно… Словно испугались?
Старый маг тяжело вздохнул.
– Не знаю, инспектор. Быть может, и испугались. Тому, чья сила проистекает из смерти, приходится многого бояться…
Вся эта таинственность понемногу начинала выводить из себя. Ведь нужна была конкретная причина для того, чтобы два взрослых человека будто помешались от страха.
– Они ведь нарушили слишком много законов, – после затянувшегося молчания произнес Паскаль.
Взгляд мужчины был устремлен куда-то в пустоту.
– Разумеется, как минимум лет двадцать тюремного заключения за все подвиги, – подтвердила я. – В лучшем случае. Если притянем за жертвоприношения – то костер.
Про себя я уже готовилась писать обвинительное заключение по делу. Пусть доказательная база и хромала на обе ноги, но признательные показание – это не ерунда какая, от них не отмахнуться.
– Это правосудие живых, – пожал плечами Паскаль. Особого трепета перед законом некромаг не демонстрировал. – Оно не всегда карает виновного… И от него можно уйти. Умело подчищенные следы, хороший адвокат – и вот уже виновный уходит от наказания. Но есть иное правосудие. То, что не слепо.
Я тихо рассмеялась. Творец, сколько же раз мне уже доводилось слышать о чем-то подобном…
– Я не верю в карму и высшую справедливость. Ну так, к сведению, – сообщила я сухо и недовольно. – Начальство у меня вполне материальное, и требует от меня раскрытия дел и следования требованиям закона.
И если я начну говорить о том, что преступники и так убьются по желаниюТворца или еще кого-то могущественного, то меня точно уволят. Если еще и в психушку не сдадут…
Тем более, если бы существовал еще и какой-то высший суд, то Говард Флин уже давно гнил бы рядом с дочерью, а не вполне успешно занимал должность декана.
Цепкий взгляд Бенуа Паскаля вперился прямо в меня.
– В такие вещи стоит верить… Впрочем, лучше опишите мне те знаки, которые возникли на панелях в кабинете моего преемника. Видите ли, старики так любопытны…
Я молча открыла на телефоне фото и продемонстрировала некромагу. Тот несколько минут всматривался в изображения, будто силясь понять их смысл. Очевидно, попытка успеха не возымела, потому что он в итоге попросил, чтобы я переслала снимки ему на почту.