Эльф вздохнул и, попросив следовать за ним, двинулся вглубь дома. И эта таинственность добавила мне тревоги. Особняк Лилэнов был пуст и словно бы мертв, ни шороха, ни звука…
– Моя сестра покинула нас. Решила вернуться на родину нашего народа, пусть сейчас там и царит запустение. Последние события подкосили ее, – между делом пояснил лорд Лилэн. – А слуги приходят лишь время от времени…
Лично я не понимала, как можно жить одному в такой громадине. Если я постепенно сходила с ума в своем доме, то каково же находиться в жилище, еще большем по размеру?
– Крысы бегут с тонущего корабля? – с ехидством осведомился Холт.
Он шел на пару метров впереди меня, не давая как следует разглядеть эльфа. Жаль, полагаю, даже одна его поза могла бы рассказать мне очень и очень многое.
– Крысы – мудрые создания, – вроде бы не подумал оскорбляться лорд Лилэн. – Но этот корабль не тонет… Подозреваю, он просто не в состоянии затонуть. Это древнее место, древнее и сильное.
О Нивлдинасе лорд говорил странно, с уважением и приязнью, хотя, если верить слухам, мой родной город совершенно не походил на идеальное для эльфов место.
– Как по мне, так мы уже и так на самом дне, – продолжил Дэмиан с недовольным усталым вздохом. – Так что же там все-таки с Морганом?
– Терпение – добродетель…
До самого кабинета лорд Лилэн больше не произнес ни единого слова, как бы ни пытался мой напарник разговорить эльфа. Только оказавшись в нужной комнате и закрыв за нами дверь, остроухий начал говорить о том, что нас интересовало.
– Если я в очередной раз услышу вопрос, жив или мертв мой друг, я скажу, что он мертв. И это не обсуждается. Профессор Морган мертв и похоронен. Вам просто нужно принять этот факт как аксиому.
С этим, как мне кажется, проблем у меня уже нет. Практически нет.
Я отошла к окну и выглянула на улицу. Как будто бы силуэт Лизы Флин мелькнул вдалеке. Призрачная дрянь все еще рядом…
– Но что произошло с ним после смерти? – спросила я у эльфа, продолжая вглядываться в серые улицы родного города.
И все-таки снег или дождь?
Сперва эльф только молчал, и подал голос только тогда, когда я уже отчаялась услышать хоть что-то.
– Что вы имеете в виду, инспектор?
Холт подошел ко мне и встал рядом.
– Он умер, но его уже видело множество людей… Вот только есть некоторая странность: обычно после встречи с ним умирают…
Если кто-то и мог мне объяснить эту необъяснимую пугающую закономерность, то, должно быть, только лорд Лилэн, который говорил, что Винсент Морган являлся его другом.
Судя по звукам, эльф принялся расхаживать из стороны в сторону. Стало настолько любопытно, что я даже повернулась. Выражение лица эльфа того определенно стоило: такой растерянности сложно было ожидать от древнего создания.
– Признаться, я удивлен… хотя и следовало бы ожидать чего-то подобного, – произнес лорд, замерев на месте. – Винсент многое рассказывал мне… Многое из того, что тайно сохранялось среди некромагов с Черного века, то, что официально уже считалось потерянным.
Черный век? Предсказуемо, учитывая осведомленность его учителя Бенуа Паскаля в плане запрещенных заклинаний. Бывший декан, разумеется, старался все передать гениальному ученику…
– Мой друг говорил, что смерть – это нечто разумное, мудрое… Сила, которая всем воздает по заслугам. И за грехи, и за праведные поступки… – задумчиво произнес Лилэн, глядя прямо перед собой. – И если те трое получили по заслугам, то почему бы не получить по заслугам и самому Винсенту?
По заслугам? Как смерть могла вознаградить? Каким образом? Отправить в рай? Тогда почему именно Винсент Морган ходит среди живых? В голове все путалось.
– Что вы имеете в виду? – не поняла я смысла слов эльфа. – Как он мог получить по заслугам? Я не понимаю…
Покосившись на Холта, пришла к выводу, что он так же растерян, как и я. Если не больше.
– Этого не знал даже сам Винсент, – грустно улыбнулся лорд, посмотрев мне прямо в глаза. – И не рассчитывал получить вознаграждение за то, что решил сделать… Либо вас кто-то дурачит… Или Винсент получил для своей истории немного не ту концовку, к которой готовился. Но боюсь, что никто не даст вам правильный ответ.
Я тяжело вздохнула, наконец, осознав, что никто не сможет помочь мне.
– Мне жаль, мисс Джексон… Вы ведь… вы ведь тоже видели его, верно?
– Видела… – подтвердила я, разом признавая и то, что считаю себя приговоренной к смерти.
Практически ощутимое сочувствие Холта было как удар по затылку. Ненавидела, когда меня жалели… Всегда ненавидела.