Скоро Лялин вернулся, шепнув на ухо скорбящей матери, что Гоша скоро прибудет.
Подъехав к коттеджу Рудовых, Гоша незаметно зашел в дом. Перед ним стояло много людей. Бабушки и женщины одетые во все черное скорбели или же промакивали мокрое от слез лицо платочками. Некоторые дамы наблюдали за всеми с равнодушными лицами, скорее всего, это были жены партнеров по бизнесу Константина Рудова, которых просто попросили прийти их мужья ради приличия. Эти дамы были вычурно разодеты и все время поправляли эксклюзивные шляпки с сетчатыми вуалями. А вот и одноклассники. Только бы успеть проскочить мимо них и быстро поговорить с мамой Ульяны. И у Гоши это получилось.
Зайдя в бывшую комнату Ульяны, где он бывал один раз, пока родителей не было дома, Гоша увидел сидящую на кровати Элеонору, которая обнимала любимого медведя дочери, которого Константин подарил на пятилетие Ульяны в далеком две тысячи третьем году.
- Здравствуйте, Вы просили меня приехать?
- Да. Гоша, скажи, ты любил мою дочь?
- Любил, - пришлось соврать Зимину, чтобы утешить мать покойной бывшей.
- Ты хотел ребенка, которого вынашивала Улечка?
- Да, я бы ни за что не отказался от него, - а эти слова были чистой правдой.
- Тогда почему моя дочь сейчас лежит мертвая у нас в зале? Почему ее ледяные руки больше не обнимут мать? Почему она никогда не услышит слово «мама» из уст ее малыша? Вашего малыша! - в исступлении кричала Элеонора.
На крики жены прибежал Рудов. Заметив рядом Гошу и подумав, что его жена кричит из-за этого парня, он взял его за шиворот и вышвырнул из комнаты в зал к присутствующим, крича вслед:
- Как ты смеешь приходить сюда?! Ты! Ты, сукин сын, обрюхатил мою дочь! А теперь она лежит мертвая! Да тебе всегда было плевать на нее! Я поговорил со следователем, ты в вечер убийства даже внимания на нее не обратил! Твоя девка избила мою Улечку, а ты даже не соизволил защитить ее! - у Константина от гнева покраснело лицо, а на лбу выступили вены. Слезы рекой текли из глаз, но он кричал, пока не сорвал голос и не закашлялся. - Как можно было оставить беззащитную беременную от тебя девушку одну, даже после того, как твоя нынешняя пассия ее побила?! В тебе даже нет ничего человеческого, уродец! Из-за тебя! Из-за тебя она умерла! Живи с этим, пусть тебя совесть загрызет, твареныш!
Гоша отползал назад по мере приближения отца Ульяны, пока не задел спиной стол, на котором стоял гроб Рудовой. Окружающие стояли с раскрытыми ртами, наблюдая сцену, в которой разъяренный отец чихвостил бедного парня. Особенно в шоке были одноклассники Гоши, которые не знали ни про избиение Ульяны Василисой, ни про беременность Рудовой. Элеонора бросилась на грудь Константину, пытаясь утихомирить яростные оскорбления своего мужа в адрес Зимина.
- Костя, прекрати этот цирк! Что ты делаешь?! Ты все испортишь! Улечка не хотела бы, чтобы ты оскорблял ее парня.
- Который бросил ее беременную? Да, знайте все! Презирайте его и ненавидьте!
- Зачем ты вообще рассказал это при всех?! Что подумают люди? Если бы не ты, никто бы не узнал об этом! - уже шепотом добавила Рудова, уводя мужа в комнату.
В помещении все начали шептаться. Одноклассники переводили взгляд то на тело Ульяны, то на Гошу. А сам Зимин, будто ничего не видя вокруг, поднялся с мраморного пола и устремился к выходу, не обращая ни малейшего внимания на Кешу и Данила, которые пытались остановить его. Он лишь отмахнулся и выбежал на улицу, где со всего размаху ударил в кирпичную стену кулаком, разбив в кровь костяшки пальцев. Теперь все узнают, что Ульяна была беременна от него. С этих пор жизнь Василисы станет невыносимой из-за слухов про Гошу и Рудову. Зачем он вообще приехал сюда? Из-за того, чтобы послушать истерику матери и оскорбления отца?
- Это просто какой-то пиз... - начал Кеша, но его прервала Оксана.
- Кеша, давай без мата, пожалуйста... Мы все-таки на похоронах. Держи язык за зубами.
- Я в шоке, ребят... Капец Гошану сейчас плохо... Его секретик разболтали, и сейчас это по всему городу разлетится... Ой, че будет... Как он мог вообще переспать так до залета? А я говорил!