С того разговора прошло несколько дней, и как-то раз Кэтрин приказали отнести еду сторожевому псу Рору, лай которого она слышала, когда её привезли в поместье. Она боялась собаки и старалась избегать встречи, обходя будку. Удивительно, но ему сделали небольшой домик в лучших традициях собачьего комфорта, чего Кейт никак не ожидала увидеть.
Рор действительно оказался довольно большим. В России его бы назвали волкодавом. Чёрная, как смоль, шерсть свисала с пса практически до земли. Пёс был чем-то схож с представителями кошачьих. Похоже, угловатость форм морды и тела была визитной карточкой животных этого мира, но на людей почему-то не распространялся. Даже промелькнула мысль, что люди не являлись коренными обитателями. Да, определённо, здесь крылась какая-то загадка…
Кейт остановилась в пяти метрах от собаки, боясь подойти ближе. Она оценивала цепь: метра четыре, не больше.
Пёс встал и мощно гавкнул. Девушка подпрыгнула от неожиданности, руки закололи маленькие иголочки. Пёс вскочил и бросился, но цепь его каким-то чудом удержала, зазвенев кольцами.
– Спокойно, спокойно, хороший пёсик. Рор – хоро-оший пёсик,– проговорила Кэтрин и, подойдя ближе, положила миску. Рор, чуть не сорвав цепь, бросился к еде. Едой, к счастью, он выбрал мясо, лежащее в миске. Девушка отошла в сторону, наблюдая, как куски пропадают в его пасти. Говорят, собаки чувствуют страх, и Кэтрин собирала всё мужество, чтобы преодолеть его.
Вскоре пёс расправился с едой, и Кейт попыталась забрать посуду. Не получилось: он снова громко гавкнул и дёрнулся в её сторону, девушка метнулась обратно, цепь остановила пса.
«Может быть, чёрт с этой миской»,– подумала она, но в голове тут же промелькнула идея.– «Рискованно, но стоит попробовать».
Как можно более спокойно, делая маленькие шажки, она стала приближаться к Рору, который при каждом её движении обнажал гигантские клыки. Цепь натянулась до предела. «Если она не выдержит, мне конец»,– с ужасом подумала Кейт, но не отступила. Хотелось рвануть отсюда, но она заставляла себя идти дальше. Вот осталось всего пара шагов, и девушка протянула руку…
– Гав!!!
– Ай!– отскочила Кейт, на лбу выскочил пот, а собака, похоже, смеялась, если оскал можно было принять за улыбку.
«Вторая попытка»,– приказал внутренний голос,– «только бы цепь выдержала».
И снова протянутая рука приближалась к собаке, а цепь натянулась, казалось, она вот-вот слетит с петли. Пёс дёрнулся, встав на дыбы – и рука коснулась носа. В такой позе он и остался стоять, слушая монолог эмоций человека.
– Спокойно, зачем так? Ты не должен быть таким агрессивным…
Пёс так и стоял, внимая голосу, непонятно откуда льющегося на него. Поток оказался столь успокаивающим и согревающим, что прежняя злость мгновенно унеслась, словно развеянный ветром туман. Мысли животного были просты и очевидны. Ему открылся новый набор чувств, эмоций другого существа, столь глубоких, что его разум не мог воспринять их в полном объёме. Он впервые думал! Думал не о том, что съесть или кого убить, или то были не его мысли, такие прекрасные и такие глубокие? Поток успокаивающих волн сходил, уплывал вдаль, откуда и явился. Он желал большего: ещё, ещё немного тепла и мыслей, и мог остаться той собакой, которая существовала до этого. Другое существо поняло это, и обещало, что вернётся. Оно устало, для него это было слишком сложно и тяжело. Тепло уходило вдаль. Он уже стал чувствовать прикосновение к кончику носа, горячей руки…
Кэтрин прочитала последнюю мысль, и контакт медленно перешёл в заключительную стадию и прервался. Пёс опустился на землю и смотрел на человека, подарившего ему то, чего он никогда не чувствовал: любовь, внимание, тепло. Кэтрин почувствовала отклик, и произнесла уже вслух:
– Сегодня я ещё вернусь. Позволь мне забрать миску.
Девушка погладила Рора по голове и, забрав посуду, удалилась.
Вечером она вернулась, как и обещала. Пёс её ждал. Почувствовал знакомый запах, он завилял хвостом, чего раньше никогда не делал.
– Ждёшь, да?– улыбаясь, спросила Кейт, ставя миску
Теперь она знала, что в жизни этого существа было слишком мало тепла, и не удивительно, что, ощутив его в полной мере, пёс стал относиться к ней, как к своему другу. И Кейт тоже больше не чувствовала себя одинокой и загнанной в угол. Всё неожиданно изменилось. Каждый раз, встречаясь здесь, они помогали друг другу. Собаке хотелось добра, а Кейт – общения с тем, кому можно излить свою душу, и для этого совсем не требовалось слов, достаточно понять чувства. Казалось невероятным, но не только человек способен понимать другого человека: часто в жизни животные становятся близкими друзьями. Рор никому не сможет рассказать о её беде, никому не проговориться, только он мог стать самым надёжным другом во враждебном мире.
Кейт сидела и гладила животное. Ладонь легла на голову, и она погрузилась в мир другого существа.
Как ни странно, но у них было много общего. Оба были несвободны и одиноки. Оба скучали по своей родной стихии, как две рыбы, выброшенные на берег и бьющиеся о камни берега. После диалога на душе становилось легко и свежо…
– Эй! Ты что делаешь?
Кейт отпрянула, контакт разорвался. Она не успела закончить финальную стадию – в голове запульсировала боль.
«Что это было?»– промелькнуло в голове.
– Что ты делала?– отчётливо раздался голос.
«Меня заметили! Этого ещё не хватало!»
Кейт взглянула в ту сторону, откуда донёсся голос. Темнота скрывала человека, но она всё же разглядела силуэт. Мужчина шагнул в её сторону, и девушка попятилась, по-прежнему не зная, что ответить. Рычание пса остановило его. Кейт, воспользовавшись замешательством, схватила пустую миску и побежала прочь, а парень стоял, смотря то на убегающую девушку, то на озлобленную собаку…
Больше всего Кейт боялась, что этот, казалось бы, незначительный случай, выплывет и станет известен всем, но и на следующий день никто не указывал на неё пальцем и не говорил, что она ведьма. Неужели, обошлось? Самое печальное то, что она даже не запомнила лица незнакомца, может быть, и он тоже не запомнил? На это Кэтрин и надеялась, подходя на следующее утро к будке.
Рор встретил её радостным лаем, таким громким, что его было слышно и в поместье. Кейт подождала, пока он поест, и уже собиралась уходить, как услышала знакомый голос:
&;nbsp;– Подожди.
Девушка ничего не ответила. В бегстве не было смысла: теперь-то он её точно запомнил.
– Прости, я вчера тебя напугал… Меня зовут Фэви… Я конюх…
Кэтрин оценивала его действия: этот человек вёл себя необычно, хотя откуда она знает, что здесь «обычно»? Наверное, Фэви понял, что быстрого ответа она не получит, поэтому продолжил:
– Я был здесь вчера вечером…– он замолчал, подбирая слова.– Проходил мимо. Было как-то слишком тихо, обычно Рор ведёт себя шумно, но в последнее время притих. Я заглянул… В мои обязанности входит смотреть за всеми животными, в основном за лошадьми. Рор стал таким тихим, обычно он такой…
– …агрессивный?– помогла Кэтрин.
– Да, это хорошо для сторожа, она никого не подпускает. Даже меня, а тебя ждёт с нетерпением. Я в замешательстве.
– Почему? Ему нужно всего лишь немного внимания. Ты что, следишь за мной?
– Нет, нет… мне просто так показалось.
Кейт поняла, что этот пустой разговор ни к чему не приведёт, и перешла к делу:
– Чего ты от меня хочешь?
Такого он точно не ожидал. Это было видно по его смущённому молчанию.
– Я вчера видел очень странную картину.
– Ничего странного. Я просто гладила собаку.
– Тогда почему ты сразу убежала? Мне можно рассказать. Я никому ни слова…
– К сожалению, мне нечего тебе рассказать,– и это было правдой.
Кейт молча направилась в сторону поместья, говорить на эту тему с аборигенами не хотелось.
– Я никому не скажу, это останется тайной,– уже вслед сказал он.
Девушка остановилась – следовало бы его поблагодарить за молчание, но это стало бы для него подтверждением подозрений. Кейт была уверена: то, что вчера видел Фэви, не понималось им до конца. Произошло что-то странное, это он точно знал, но не более.