— Ну и что ты обо всем этом думаешь? — спросил меня Гоша, когда мы уселись в его машину.
— Ты о списке?
— Конечно!
— Мне кажется, что это может быть пустой номер. — Я вздохнула. — Все эти смерти, все эти наследства и даже отъезды за границу выглядят вполне естественно. Пресса сообщила о них исключительно из-за пикантности или скандальности ситуации. Ну, как же! Ты вспомни заголовки: «Фотомодель наследует империю вора в законе!», «Скандал с сыном убил миллионершу!», «Золото «голубого» антиквара семья не увидит!». Но даже если мы правы…. Если в Москве орудует шайка двойников-аферистов, как мы будем это доказывать? Как сводить концы с концами?
— Всегда найдется кто-то, кто очень недоволен распределением наследства. Какой-нибудь обиженный родственник, та же дочь Жабовского…. Вот с ними мы и побеседуем. К сожалению, у нас мало времени и почти совсем нет людских ресурсов. В твоем «Твисте» я доверяю только трем людям, но у них полно другой работы…. А моих сотрудников, насколько ты помнишь, Татьяна уволила.
— И что мы будем делать?
— Мало спать, много работать, — засмеялся Гоша и щелкнул меня пальцами по носу.
Я засмеялась и поймала себя на мысли, что запросто могла бы поддаться чарам этого веселого сероглазого красавца, если бы…. не так сильно любила Толкунова.
Купив два билета на спектакль «Чао, бомбино, сорри», который должен был начаться через двадцать минут, мы зашли в фойе театра. Удивительно, но почти все крючки гардероба были заполнены. Следовательно, представления двойников все же кому-то интересны.
— Где мне найти Евгению Шпартко, вашего коммерческого директора? — обратилась я к гардеробщице.
— Евгения занята в спектакле, так что сейчас она в гримуборной… — с достоинством ответила мне пожилая женщина и не удержалась от любопытства — А зачем она вам?
— Мы по поводу корпоратива — ляпнула я первое, что пришло в голову, не очень рассчитывая на то, что старушка меня поймет.
— Так вы клиенты?
— Ну, да…
— Ой, зачем же вы билеты покупали? Евгения нас отругает, — заохала гардеробщица.
— Не беспокойтесь, — вмешался ослепительный Эрнст, — Мы с удовольствием посмотрим спектакль.
— Ага! Кто-то обещал мало спать и мало отдыхать, — подколола я Гошу.
— Извините, Витолина Витальевна, я обещал только мало спать. Недостаток сна я буду восполнять культурным ростом. Пройдемте в зал.
— А как же Евгения? — прокричала нам вслед разбирающаяся в корпоративах старушка.
— Сообщите ей, что мы в зале. Если сможет, пусть побеседует с нами после спектакля…
Представление оказалось довольно забавным, а артисты — почти талантливыми. На самом деле, спектакль был ни чем иным, как чередой музыкальных номеров. Но меня приятно удивило то, что исполнители пели вживую, умудряясь довольно точно копировать не только внешность итальянских звезд, но и их голоса. По задумке автора, Софи Лорен и Андриано Челентано (Евгения Шпартко со своим мужем, заслуженным артистом Удмуртии) якобы отбирали исполнителей для очередного фестиваля в Сан-Ремо. Их репризы были остроумны, игра темпераментна и эмоциональна… Однако на сороковой минуте я уже начала уставать. С точки зрения режиссуры спектакль был удивительно однообразен: представление претендента — песня — горячий спор на повышенных тонах. Снова представление, затем опять музыкальный номер и неизбежное обсуждение кандидатуры. В конце каждой сцены Челентано из Удмуртии говорил коронную фразу «Чао, бомбино, сорри», бракуя исполнителя. По всей видимости, в конце пьесы он останется единственной звездой знаменитого итальянского фестиваля. Вот собственно и все. Украдкой посмотрев на Эрнста, я заметила, как тот зевнул.
— Интересно, перерыв скоро? — спросила я шепотом.
Гоша молча протянул мне программку, в которой было написано «Спектакль идет без антракта. Продолжительность мюзикла — 1 час 30 минут».
— Я застрелюсь, — простонала я.
— Лучше поспи… — посоветовал Георгий Петрович.
Как только в зале зажегся свет, наша знакомая гардеробщица отчаянно замахала рукой.
— Идите же быстрее, — нервно проговорила старушка, — Прямо и налево. Там гримерка Шпартко. Женечка уже ждет вас. Ой, постойте, дайте мне ваши номерки, я вещи посторожу.
— Спасибо за заботу, — сердечно поблагодарил Эрнст, и мы быстрым шагом отправились в указанном направлении.
— Боже! Это вы! — воскликнула Софи Лорен, когда мы, постучавшись, вошли в малюсенькую комнату. — Неужели Бог услышал мои молитвы, и вы решили праздновать юбилей двадцатого октября? Вы с прошлого раза пропали, и я уже начала волноваться.