Из состояния прострации меня вывела мелодия гимна России. Именно такой сигнал установил на определение своего номера патриотичный выше всяческих похвал Колюня. Я нажала кнопку ответа и нетерпеливо заерзала на стуле:
— Ну, что там у вас?
— Как вам сказать…
— Господи, Николай, не тяни резину! Что с Христенко? Ты выяснил?
— Не очень хорошо там, Витолина Витальевна, — Колюня замялся, — Но к нам это не имеет никакого отношения.
— Ты можешь говорить внятно, в конце концов?!! — заорала я, проклиная ту минуту, когда отправила с Настей Колю, а не Петра Ивановича.
— В общем, после нашего прошлого визита, когда мы деньги Христенко оставили, Володя решил устроить жене праздник…
Дальше, если опустить невразумительные блеяния моего помощника, история выглядела следующим образом.
Володя Христенко, который никогда не был жадным человеком и любил хорошо поесть, сладко попить и весело погудеть с друзьями, решил, что принесенные для дочки деньги — отличный повод для небольшой пирушки. Действительно, ну не рассердится же на отца старшая дочка, если он совсем небольшую часть ее зарплаты, так сказать, экспроприирует. Тем более, что последнее время, после рождения Тосеньки, родители Насти вынуждены были во многом себе отказывать, тратя зарплату главы семейства на памперсы, дорогие фруктовые смеси, совсем недешевую одежку для крохи и т. д. и т. п. Володя с горечью признался, что Галина, которая обожает сладости, только издали любуется на всевозможные торты, понимая что за пятьсот рублей, которые просят за вкуснятину, она сможет купить семье кило сосисок и еще килограмм котлетного фарша. Правда, значительно больше сладостей Галя любит ту еду, которую муж, со смешком, именует «закуской»: соленые грибочки, красную икорку, нежную, жирную, со слезой на розовом срезе форель. Ну а какая же закуска без выпивки? Поэтому себя Володя тоже не забыл. Сбегал в супермаркет, купил бутылку самой дорогой водки. И только пробивая чек, с ужасом обнаружил, что угрохал на выпивку почти тысячу рублей. Забыв строгие предупреждения супруги о том, что на рынке нельзя покупать никаких домашних консервов, никаких рыбных и мясных полуфабрикатов, Володя прыгнул на маршрутку и быстренько смотрался к метро Текстильщики. В первом же торговом ряду он обнаружил огромного мужика с обветренным красным лицом, который зычным голосом предлагать покупать совсем недорого замечательную икорку из Астрахани, прямо от производителя, то есть, от него самого — заслуженного рыбака Астраханской поймы. Цена Владимира устроила. Он даже пробовать икру не стал, хотя здоровяк и предлагал ее всем желающим щедро черпая оранжевые зерна замызганной одноразовой ложкой. Побегав по рынку еще минут пять, Христенко обнаружил и бойкую бабулю, которая рекламировала «грибочки-опёнки-маслёнки-бе-е-е-линькаи», выставленные в симпатичных литровых банках на перевернутом деревянном ящике.
Домой Володя несся как на крыльях. Однако Галина — вот уж, действительно, у женщин семь пятниц на неделе — стараний мужа не оценила. А совсем наоборот — устроила грандиозный скандал и обвинила любимого супруга в том, что он транжирит на водку деньги, которые его бедная беременная дочь зарабатывает с таким трудом.
Володя психанул, хлопнул дверью и, прихватив бутылку водки, уехал с горя гулять в Кузьминский парк. Надо сказать, что супруги Христенко ссорились так редко, что совсем не умели это делать. Галя начинала плакать, растерянный муж позорно сбегал с места баталий, предпочитая отсидеться и переждать бурю в укромном месте. Вот и в тот день, мужчина погулял по парку, полюбовался лошадками, на которых катались отдыхающие. Затем купил в летнем кафе огромную порцию шашлыка и, спрятавшись от посторонних глаз за багряным кустом боярышника на заброшенной лавочке в глубине парка, выпил в одиночку почти половину бутылки водки.
Не допил, потому что совесть замучила, и захотелось быстрее помириться с Галчонком.
Собственно это всё. Когда Володя вернулся домой — часов в десять вечера — с букетом астр и извинениями, ему чуть не стало плохо. Любимая жена лежала на кровати почти без сознания, вся зеленая, липкая от пота, в луже рвоты. Малышка тоже едва дышала… Слава Богу, что Скорая помощь приехала очень быстро. Врачи сразу же заподозрили пищевое отравление, а после того, как увидели на кухне банку с грибами и пластиковый тазик с икрой, поняли, что могут быть самые неутешительные варианты, вплоть до летального исхода.
— Как у них дела сейчас? С Галей что? И с ребенком? — не выдержала я, перебивая. Честное слово, иногда Колюня способен вывести из себя и святого.