Он кивнул, но его глаза не выражали ни одобрения, ни осуждения. Просто наблюдение.
– Вы знаете, кто я? – внезапно спросил он, и в его голосе прозвучали странные нотки.
Я нахмурилась.
– Вы господин Гаджиев, – ответила я. – Владелец этой компании, как я понимаю.
Он усмехнулся. Холодно.
– Мое имя Эльдар Гаджиев. У меня был младший брат, Рустам. Возможно, вы его помните.
Мое сердце пропустило удар. Я с трудом проглотила ком в горле.
– Я... помню. Мои соболезнования.
– Не стоит, – он резко прервал меня. – Соболезнования здесь не уместны.
В кабинете повисла тяжелая тишина. Я ощутила, как мой шрам снова начинает жечь.
– Значит, вы готовы работать, Валерия? – спросил он, и в его голосе прозвучал вызов. – Несмотря на... все?
Я посмотрела ему прямо в глаза, стиснув зубы. Мои старые страхи пытались взять верх, но я подавила их.
– Я готова работать, господин Гаджиев, – сказала я твердо. – И я готова к любым вызовам.
Уголки его губ дернулись в подобии улыбки. Хищной улыбки.
Эльдар
Эльдар смотрел на Леру, и внутри него клокотала смесь ненависти и странного, тревожного любопытства. Она сидела напротив, такая хрупкая на вид, но в ее глазах читалась новая, непривычная для него твердость. Он помнил ее на похоронах Рустама – бледную, испуганную девочку. Сейчас она выглядела другой. Более сильной. Или просто лучше научилась прятать свои страхи.
«Что в ней такого?» – этот вопрос сверлил его на протяжении двух лет.
Предложить ей работу было его идеей. Он следил за ней. Знал о ее проблемах со зрением, о ее изоляции. И когда увидел ее резюме, понял – это шанс. Шанс подобраться ближе, понять, что за дьявольская сила скрывается за этой маской. Шанс отомстить.
– Мы вас берем, – произнес Эльдар, наслаждаясь легким удивлением на ее лице. – Выходите завтра. Ваш рабочий день с девяти до шести.
Он отпустил ее, не предлагая пожать руку. Ему было противно даже касаться ее. Но его взгляд не отрывался от ее спины, пока она не вышла из кабинета. Она попалась. Теперь он сможет контролировать каждый ее шаг, каждый вдох.
Вечером к Эльдару приехала Кристина. Его девушка. Яркая, эффектная, но совершенно пустая. Их отношения были удобны, исключительно ради секса и создания видимости нормальной жизни. Он не любил ее. Не был способен любить после всего, что произошло.
– Ну что, как день? – Кристина бросила свою дорогую сумочку на диван и обняла его, прижимаясь к его груди.
– Как обычно, – отстраненно ответил Эльдар, не обнимая ее в ответ.
– Ты сегодня какой-то... возбужденный, – Кристина улыбнулась, проводя рукой по его щеке. – Может, отметим?
Эльдар усмехнулся. Возбужденный? Возможно. Но не так, как она думала. Он предвкушал новую игру.
Они провели ночь вместе. Кристина старалась, пыталась разжечь в нем огонь, но все, что он чувствовал, была пустота. В его мыслях постоянно всплывало лицо Леры, ее темные, настороженные глаза, которые пытались скрыть боль. Он хотел увидеть в них что-то другое. Сломить ее. Заставить признаться.
Утром он проснулся рано. Кристина еще спала, раскинувшись на кровати. Он встал, подошел к окну. Его взгляд упал на припаркованную внизу черную машину. Водитель ждал его.
С того дня на кладбище его преследовал не только образ Леры, но и этот странный узор на могиле. Три переплетенные линии. Удивительно то, что мозг сыграл с ним злую шутку, и в галерее у него теперь хранилось фото могилы какой-то пожилой женщины, явно не имеющей отношения к Мадьяни. Но ведь он отчетливо помнит, как делал фото Леры..
Эльдар включил ноутбук, открыл папку, которую создал специально для нее. Фотографии. Данные из социальных сетей (хотя их было мало). Отчеты частного детектива, которого он нанял 2 года назад. И его личные наблюдения. Вся ее жизнь была как на ладони. Или почти вся. Что-то в ней все еще ускользало.
Его взгляд упал на скриншот ее старого поста в соцсети, который он сохранил. Фотография маленькой девочки с длинными бантами. Фото сделано на детской площадке. Под ней – комментарий: "Лера, а помнишь, что там случилось?". Комментарий был от Рустама. Эльдар нахмурился. Так он знал о смерти брата? Знал, что виновата была Лера, и все равно влюбился? Почему мама тогда сказала про мать Леры? Эльдар уже пытался разговорить мать, но та усердно что-то скрывала и не хотела говорить на эту тему.
Он чувствовал, семья Мадьяни была связана с его семьей гораздо глубже. И он докопается до истины, чего бы это ему ни стоило.
Лера
Первый рабочий день. Я проснулась задолго до будильника. Чувство, которое меня охватило, было незнакомым – смесь тревоги и предвкушения. Я ехала на работу, вглядываясь в мелькающие за окном пейзажи. Каждая травинка, каждый куст казались мне частью большого, сложного пазла, который я теперь должна была собрать.