Но вернусь к тому самому дню.
Итак, я проснулся. Позавтракал. Поглядел в окно — там заросшая травой улица с беспорядочно брошенными машинами. Удручающий пейзаж. Приступил к изучению дома. Комнаты полупустые. Хозяйка повыбрасывала всё что было, по её мнению, лишним. Остатки мебели пошли на причудливые баррикады, расставленные в помещениях самым необычным образом. Например, прямо посреди комнаты мог находиться шкаф, стоящий наискосок, и укреплённый перевёрнутыми тумбочками. Естественно, Райли спланировала такую обстановку не просто так, а руководствуясь насущными причинами. Если в дом ворвутся, то каждая комната станет для врагов дополнительным препятствием, а вот хозяйке такие укрытия помогут обрести тактическое превосходство. Я бы до такого точно не додумался.
Спустившись по лестнице на первый этаж, я обнаружил там хозяйский арсенал, под который отводилась целая стена. Вчера вечером я видел его мельком, а сейчас появилась возможность рассмотреть всё поближе. Оружие было, по большей части, холодным. Очень много разномастных ножей, топорики, кинжалы, тесаки и даже мачете. Имелась пара арбалетов, и три лука: два рекурсивных и один блочный. Огнестрельного оружия не было.
Хотелось потрогать некоторые образцы, но вчера Райли строго настрого мне запретила к ним прикасаться. Не хотелось нарушать своё обещание, и злоупотреблять её доверием, поэтому я не стал ничего здесь трогать.
Приглядевшись поближе, я заметил, что на всех режущих кромках у ножей нанесена голубая паста. Видимо, она как-то усиливала остроту оружия, или берегла его от затупления.
Покинув арсенал, я продолжил бродить по комнатам, и вскоре наткнулся на гардероб Райли. Большая часть одежды, мягко говоря, вызывающая: декольтированные блузки, короткие юбки, короткие шорты, откровенные чулки… Набор путаны, иначе и не назовёшь. Откуда мне знать? Может быть, прежде чем съехать с катушек, она ею и была.
Затем я нашёл комнату, где сушилось мясо. Запах там стоял неприятный, и я спешно её покинул.
Выходить на улицу Райли не запрещала, но мне, если честно, самому не особенно этого хотелось. Хватит с меня беготни от зомби, паучков-переростков, и собачек-мутантов. Да и аномалии обнаруживать я не умею. С таким скромным багажом знаний делать мне на улице нечего.
Погуляв ещё немного по комнатам, и не найдя ничего интересного, я вернулся наверх, и взялся за свои записи.
Райли вернулась к обеду. Часов я не имел, и наблюдал за положением солнца на небосклоне. Судя по тяжёлой поступи и шарканью об стены, она что-то на себе тащила. Отложив блокнот, я вышел к ней навстречу, в надежде, что она приволокла кого-то из выживших. Но надежды были напрасными.
Хозяйка появилась на лестнице, обвешанная сумками и рюкзаками.
— Привет. Ну и ну. Как ты это допёрла? — встретил её я.
Она сбросила сумки на пол, и немного отдышалась, растирая плечи.
— Нашла кого-нибудь?
Тут, на её плече я заметил висящую на шнурках пару жёлтых миниатюрных ботинок военного образца, с высокими голенищами. Я вспомнил эти ботиночки. Они принадлежали Юле.
— Где ты раздобыла эти ботинки?
— Там, — мотнула головой Райли.
— Они же…
— Хорошие. Мне как раз подойдут. Знаешь как сложно найти подходящую обувь моего размера?
— Это же Юлькины! Она была в них!
— Была. Но они ей больше не понадобятся.
— Что с ней случилось?
— Не важно. От этого уже ничего не изменится.
— Она погибла?
— Да.
— Господи… Бедная девчонка.
— Этого и следовало ожидать, — Райли сделала маленький глоточек воды из фляжки. — У них не было шансов. Удивляюсь, как ты оттуда выбрался.
— И что, вообще никого не нашла?
Она покачала головой, — Только трупы.
— Боже… Боже…
— Вот, — она бросила мне рюкзак. — Я подумала, что это тебя утешит.
— Что это? Стоп… Погоди… Так это же… Мой рюкзак? Ты нашла его?
Райли кивнула.
— Но как ты узнала, что он мой? — я раскрыл его, все вещи были на месте.
— На нём остался твой запах.
— Спасибо… Может расскажешь, что ты там видела? Что случилось с моими товарищами?
— Я нашла пятерых. Один, безголовый, под аркой. Второй зажёван 'Шредером' по пояс, а верхнюю часть обглодали неоконисы. Останки третьего нашла среди экскрементов мегасколопендры. Четвёртого неоконисы задрали в аптеке. Ну а пятая влетела в 'Чёрный бархат'. Сколько всего вас там было, семеро?
— Да.
— Шестого я не обнаружила.
— Я видел его в подвале. Там была какая-то медуза, которая его… — от воспоминаний мне поплохело.
— Ах, точно, я видела ту горгонию. Ну, значит, это был последний.
— Поверить не могу. Я остался один. Что же теперь делать?
— Не знаю. Твоя жизнь продолжается. Распоряжайся ею, как хочешь, — Райли села на кресло, положив ногу на ногу. — Должна отметить, что вы устроили в Смородинке жуткий переполох. Весь район завален трупами убитых неоконисов. Я насчитала полсотни. Почти весь их выводок. В общем-то, это хорошо. Я уже давно следила за их стаей, которая меня сильно беспокоила. Да, через овраг они не ходили, но в любой момент могли нагрянуть в мои владения. А это — настоящая головная боль. То, что их почти всех истребили — мне на руку. Обычно, неоконисы не лезут под огонь с периметра. Видимо голод заставил их пойти на это безрассудство. Твоя группа слишком вкусно пахла.
— То есть, мы были просто приманкой для каких-то тварей?
— В каком-то плане, да. Но вас же сюда никто насильно не тянул, или я ошибаюсь?
Я понурил голову.
— Меня беспокоит другое. Я почувствовала подозрительные импульсы. Энергетические колебания в районе Смородинки слишком нестабильны. Теперь её окраины патрулируются целой стаей беспилотных аппаратов. Было непросто там ходить. Смородинка стала крайне опасным местом. Вы потревожили основу, нарушили баланс.
— И что теперь будет?
— Не знаю. Всё что угодно. Время покажет. Всё-таки я не зря туда сходила. Да и полезного немало нашла.
— Рад за тебя.
Райли посмотрела на меня с усталым любопытством.
— Ты очень странный.
— С чего ты взяла?
— Ты как будто разочарован, что не погиб вместе с ними.
— Да уж лучше бы погиб.
— Зачем? Какой в этом смысл?
— А какой смысл в том, что я выжил?
— В жизни всегда есть смысл. А в смерти его нет.
— Да уж… Вот я попал. Это всё Робин, скотина. Мы ему верили, а он.
— Кто такой Робин?
— Парень, который нас сюда привёз. И оставил здесь подыхать. Обещал, что вернётся за нами, прекрасно зная, что возвращаться не будет. Сволочь.
— Надо привести себя в порядок, — Райли как будто пропустила мои слова мимо ушей. — Я вся грязная.
Дойдя до лестницы, она остановилась, и, не глядя на меня, добавила:
— Кстати, он возвращался.
— Кто? — вздрогнул я.
— Твой друг.
— Откуда ты знаешь?
— Я видела свежие следы и брошенное колесо. Наверное он проколол его где-то по дороге, и ему пришлось его быстро ставить запаску. Следов много. Он искал тебя. Но не нашёл. И уехал.
С этими словами, Райли начала спускаться по лестнице. Я почувствовал, как тяжёлый стыд заливает мои лицо. Мне было до жути неловко, что я наговорил про Робина столько гадостей. А он оказался порядочным человеком. Он сдержал своё слово.
Чтобы отвлечься, я начал изучать карту Иликтинска, которая висела на стене в центральном зале, и занимала почти всю её целиком. Весь план был изрисован какими-то указателями и истыкан булавками. Я ничего не мог понять. Даже не нашёл, где мы находимся, как не старался.
За спиной послышалось шлёпанье босых ног. Райли, одетая в сорочку, поднималась по лестнице, на ходу вытирая мокрые волосы полотенцем.
— Никак не пойму, а где мы? — улыбнулся я.
Она подошла и молча ткнула пальцем в большую красную звёздочку с пометкой Д3.
— А-а, — я смерил расстояние от этой точки до района Смородинный. — Эх, далековато.
Хозяйка развернулась, подошла к своему креслу, и уселась, поджав ноги. Я сел на кровать. Ко мне тут же запрыгнул Котя. Я принялся его гладить.
— Почему этот… Э-э… Эльгер, так ко мне липнет?
Райли, протирая прядь за прядью, перевела на меня свои опухшие глаза.