Но Ки не поверил, он чувствовал и знал, что этот милый старичок на самом деле могущественный глава семьи. Такие ничего не делают просто так. Но раз уж ему не посчастливилось нарваться на такого именитого гостя, придется вспоминать все правила этикета:
— Лорд Хоррен, прошу в дом, как вы уже поняли, улицы не безопасны. Отца пока нет, но он скоро должен прийти, вы можете его дождаться.
Конечно-конечно, но я не только к нему. Я хотел бы видеть вашу сестру.
— Лору? — от удивления голос Ки стал чуть громче.
— Нет, старшую сестру, Линси, у вас ведь больше нет сестер, насколько я знаю.
— Э, больше нет, опять же насколько я сам знаю. Но и Линси тут тоже нет. Вчера Гил забрал её.
— Я в курсе, но недавно Линси покинула усадьбу. Я решил, что она вернулась в родительский дом.
— Опять что-то случилось? — уже не скрывая эмоций, едва не прорычал Ки, всерьёз подумывая снова устроить драку с Гилом, но уже в изначальной своей ипостаси.
— Плохого — нет, наоборот, не знаю, почувствовали ли вы, но к нам вернулась их гармония, и я решил, что свары забыты, но почти сразу же Линси ушла.
— Она не возвращалась, — поднимаясь на крыльцо и открывая дверь, покачал головой Ки, — но, если она вернется, я не позволю снова её забрать, я хочу, чтоб вы это знали.
— Не думаю, что Гилеан её отпустит. Он придет за ней.
— Я свое слово сказал, — отрезал Ки, смело встречая говорящий взгляд Кевина после того, как мужчина осмотрел следы вчерашней драки на лице парня. Кевин, наверняка, знал о вчерашнем инциденте в «Темных садах», и в глазах его была усмешка. Но Ки был твердо намерен отстоять сестру, даже если для этого понадобится сказать отцу правду, вследствие чего Линси станет вдовой.
Умный дом уже подготовил в гостиной небольшой стол с напитками и угощением, выключил орущую музыку. Гость с удобством разместился в массивном кресле, поставил перед собой графин с вином и бокал. Вид Хоррена был благодушным, хотя Ки невольно сравнивал огромную шикарную усадьбу Хорренов с их маленьким особняком. И всё равно их дом роднее и милее сердцу даже с отходящими от стен обоями в некоторых местах, скрипящими ступенями, пыльными портьерами, мрачными люстрами, неподходящей по стилю друг к другу мебелью…
— Знаете, юный Киаран, этот дом так непривычен без шума, — проговорил внезапно Кевин, вырывая Ки из раздумий, — тут всегда было много людей. Вартезы без шума невозможны.
— Это факт. Просто сейчас из Вартезов тут только я, а я из нашей семьи самый спокойный.
— Ну, не скажите, Киаран, до меня доходят слухи о ваших приключениях, — лукаво улыбнулся мужчина, поднося к губам бокал с красным вином.
— Меня зовут Ки, — произнес парень, куда жестче, чем планировал, — Киараном звали деда. И пусть меня назвали в его честь, это он — великий Киаран Контийе. А я всего лишь Ки Вартез.
— Кто знает, быть может, и вы прославите это имя? Будущее нам не ведомо. И тем ценнее должно быть настоящее. Впрочем, меня это не страшит. Я пожил достаточно. Моя Семья крепка и многочисленна. После меня останутся дети и внуки. И даже пара правнуков уже имеется. Гораздо хуже, когда Семья погибает.
Кевин замолчал, не отрывая взгляда от Ки. Парень не знал, что и думать, настолько странным казались ему эти разговоры. Он не привык к такому. И посему решил продолжить молчать, внимательно слушая гостя, а тот снова улыбнулся, чуть прищурив глаза, из-за чего морщинки вокруг них стали ещё явственнее, и продолжил:
— Я живу очень много лет. И видел достаточно. Я видел, как Семьи, известные и мелкие, погибали в раздорах, вырождались и вымирали. И стороннему наблюдателю это не показалось бы странным, когда Семья просто прекращает существовать. Но я, увы, не сторонний. Я наблюдательный. И за свои годы видел много трагедий. Только некоторые Семьи погибали не по своей глупости. Их аккуратно устраняли. Почти полностью истребляли, оставляя от силы одного-двух членов, выкидывали беспомощными как котенка в реку, и, если везло — Семья восстанавливалась. Но так везло не всем. Карес, Митайя, Олифер, Контийе, Вартез, Латория, Эташ. За последний век все они… Из всех этих имен только два пока ещё живы. И выжили чудом. Непредвиденным вмешательством. Такое случалось и с другими Семьями. Вот только мало кто смог выкарабкаться полностью. Так или иначе, все члены этих семейств оказывались мертвы. Насильственной смертью при необычных обстоятельствах. И смерть этих Семей закономерна. Это не случайности, не глупость или разгильдяйство. Это устранение.