— Я за эту сволочь никогда не выйду. Будь это кто-то иной, я бы ещё подумала, но помогать Бенджамину Контийе я не стану ни за что.
— Неужели ты до сих пор в обиде на него за историю пятнадцатилетней давности? — неуверенно улыбнулся мужчина, подняв брови.
— Что? А, ты про эти недосмотрины? Не смеши. Я знаю гавнюка гораздо дольше. И только за последние пять лет этот ублюдок трижды меня бросал!
Гил и Линси переглянулись в недоумении, а потом мужчина неуверенно произнес:
— Извини, мы не знали об этом. Иначе не подошли бы.
— Я понимаю. Как и то, что, скорее всего, его время подошло к концу и жить ему осталось недолго. Потому срочно и нужно возрождать Семью.
— Откуда ты знаешь? — изумленно спросила Линси. — Он же сам не знал…
Эльвира перевела взгляд на девушку и посмотрела на неё, как на неразумное дитя:
— Он-то может и не знал, но мне хватает знаний, чтоб проанализировать всю ситуацию: поелику я смирилась с вечным девичеством, всё время трачу на книги, чему Рената только рада — личный библиотекарь Семье не повредит. И смею заметить, больше меня в семье знает только дядя Кевин. Если знает.
— Так если ты ходячая энциклопедия, может, подскажешь выход из ситуации? — улыбнулся Гил.
— Ему просто надо восстановить Семью. Это делается стандартными способами: брак, дети, побратимство. Детей он моментально не сварганит, так пусть хоть жену найдет.
— Его вообще сейчас никто не спрашивает, и жену ему ищем мы. Потому к тебе и пошли. По нашим размышлениям, ты была хорошим вариантом. Думали, может, хоть из мести согласишься и будешь ему мозги выносить потом на законных основаниях.
— С этой стороны я ситуацию не рассматривала, — удивленно протянула Эльвира, накручивая локон на палец, и на лице её появилась заинтересованность.
Женщина медленно зашагала вперед, размышляя, и Линси с Гилом предпочли оставить её пока в одиночестве и вернулись в особняк.
— Как думаешь, она согласится? — принимая от мужа аккуратную глиняную чашку с горячим шоколадом, поинтересовалась Линси, с удобством разместившись на диване.
— Кто её знает? Она себе на уме, — Гил опустился рядом, грея руки о свою чашку, — но она разумная, должна взвесить все «за» и «против». Ни один нормальный мужчина её как женщину больше двух часов вытерпеть не может, она с ними больше как с друзьями общается, а с Беном, выходит, они знакомы давно и достаточно близко, так что наше предложение выгодно по всем параметрам. Да и Бену повезёт, если она согласится. Она красива, умна, с ней не скучно. И она — Хоррен. Только не завидую их детям, с родителями бедняжкам не повезет.
— Мы всегда будем на подхвате, если что, — улыбнулась Линси, откидывая голову на спинку дивана. — Только бы всё обошлось. Я не хочу терять Бена. Никого из семьи терять не хочу. Я их так люблю…
— Он не умрет, мы успеем, — привлекая жену к себе, прошептал Гил, — всё будет хорошо. Бен оклемается, снова будет устраивать вечеринки, снова попадать в неприятности. И снова нас радовать. Помнишь, какие он утраивал спонтанные танцульки посреди улицы? И он снова их устроит. Как-нибудь заглянем в «Сады», а он опять вытащит кого-нибудь из толпы, закружит, музыка грянет, и всё начнут плясать повально. Он же отлично умеет заражать своим энтузиазмом, если хочет. Даже если ты не умеешь танцевать сальсу или вальс, глядя на него, научишься моментально.
— А помнишь, как последний раз он вытянул Каэ? Она ещё так долго упрямилась. А оказалось, что отлично танцует. Они красиво смотрелись вместе. И хоть ненадолго в этом квартале никто никого не убил.
Гил улыбнулся воспоминаниям, но тут же насторожился: зеркало на стене помутнело, и в нём обрисовалась Каэ.
— Гил! Ответь! — голос девушки был взволнованным. — Да ответь же!
— Что случилось? — мужчина резко поднялся с дивана и встал перед зеркалом.
— Мне нужен врач! Кто-то из старших, кто знает, как лечить болячки от ваших семейных замудрёностей! Срочно!
— Объясни всё толком. Я же ничего не понимаю.
— Я пришла домой, а с Марло всё плохо. Его срубило прямо в коридоре. Его лихорадит, но он холодный, как лед. Он бредит, а его рука — ну та, что в крови была — кровь почернела и не оттирается. И рука пульсирует. Я не знаю, как помочь!
— Я… я тоже не знаю, у нас никогда таких вроде не было…
— Так узнай! — Каэ сорвалась на крик. — У тебя там куча аристократов в доме и Библиотека целая! А он спас твою жену и Бена! Если бы не он, они бы уже…
— Что у вас за крики? — в комнату вошла Эльвира, отвлекая внимание. Женщина уже переоделась и привела себя в порядок: забрала волосы в тугой строгий пучок, нацепила овальные очки в коричневой оправе, сменила пеньюар на бежевую блузку и жилет с юбкой до середины икры из плотной коричневой ткани. И надела закрытые туфли с округлыми носами — ну вылитый библиотекарь.