— Я всегда себя под контролем держала, — всхлипнула Каэ, промакивая намокшую одежду полотенцем, пока Марло доставал ей сменную, — не понимаю, почему сорвалась. Хотя нет, понимаю, но не понимаю, как…
— Ты просто вспомнила тот случай, сработали рефлексы, но в этом мире нет гармонии, нет хаоса. Тут все сами за себя. Хаос в тебе, его не сдерживает влияние Владений и гармония, поэтому он может взять верх над другими чертами твоей личности.
— То есть у аристократов в любом случае верх возьмет гармония в этом мире, — медленно произнес Ки, — но, если есть хаос…
— Они вступят в борьбу и что-то победит, — кивнул Марло, укладывая в пакет мокрую рубашку Каэ.
— Твою мать, прекрасная перспектива, — выругалась девушка, поднимаясь на ноги, — мне тогда сюда вообще соваться нельзя.
— Нужно просто избегать проблемных моментов, — покачал головой Марло, застегивая рюкзак и поднимая с лавочки своё оружие, готовясь снова запаковать его в чехол.
— А что это за… вещь? — полюбопытствовал Ки. — Оно похоже на пистолеты моей сестры, но стреляет иначе.
— Это укороченный помповый дробовик, — усмехнулся Марло, — тоже оружие, огнестрельное. Удобная штука. Всегда его с собой таскаю в походы. Громко стреляет только, так что не надо нам тут рассиживаться.
Они последовали за Марло дальше по аллее, на соседнюю улицу, и Каэ вдруг вспомнила:
— Ой, а Милу-то вы нашли?
Марло повернул голову к Ки, дабы уточнить, но парень замер у витрины музыкального магазина и, не отрываясь, смотрел на что-то. Его внимание привлекла простая черная электро-гитара с шестью струнами, дека раздваивалась на острые конусы. Ценника на ней не было, но общий вид не позволял считать её дорогостоящей, тем более на грифе всё равно была заметна трещина, как бы не пытался хозяин повыгоднее установить освещение на витрине.
— Я хочу на неё посмотреть, — как завороженный произнес Ки, едва ли не прилипая носом к стеклу, — она прекрасна.
— Ты её в руки-то не брал даже, как можешь судить? — удивленно подняла брови Каэ. Льющаяся из колонок над дверью музыка заставляла её повысить голос.
— Я на минуту, подождите, ладно?
Не дожидаясь ответа, Ки прошел в магазин. Марло и Каэ не проследовали за ним, оба не разбирались в музыкальных инструментах. Хозяин магазина, полный мужчина, забрал гитару с витрины и ушёл с ней вглубь. Что там творилось дальше, никто не видел, но когда прошло порядка десяти минут, Каэ готова была уже вытаскивать Ки за уши, зная, как он любит обниматься со своими гитарами. Но, пока она решалась, Ки сам вышел из магазина, неся в руках чехол с гитарой. На вопросительные взгляды спутников он лишь пожал плечами, но ни от кого не укрылось то, что кожа на костяшках рук у него содрана.
— Ты отобрал её у продавца? — озвучила общую догадку Каэ. — Но Марло же сказал, что тут надо оставлять за всё… деньги. А у тебя их не могло быть. Зачем ты так сделал? Это же тут не принято!
— Я всего лишь попросил отдать её мне. Обмен его не устроил. Вот и всё, — грубо ответил Ки.
— А договориться иначе никак было?
— Никак. Она мне нужна.
— Да она же страшная и на грифе царапина!
— Она идеальна! Много ты понимаешь! И не капай мне на мозги, она теперь моя.
— Но в этом мире так вещи не забирают! Ты не имел права!
— Не имел? С чего бы? И не возникай тут мне. Я не просто так притащился в этот убогий мирок, считай, что это компенсация. Или ты думала, что я как собачка по твоему слову последую за тобой в любое время на край света? По-моему, разбитая рожа продавца и эта красавица — достойная оплата моей помощи в поисках какой-то там недоделанной девицы, которую надо позарез найти. Но никто не знает, куда её задницу унесло и где её искать.
Каэ увидела движение случайно, точнее почувствовала ветер. Хотя могла и догадаться, это ведь логично, и в последнее мгновение успела повиснуть на руке Марло. Ки даже не успел отшатнуться.
— Ещё раз вякнешь что-то о ней в подобном тоне, и я так переломаю пальцы на твоих руках, что ты до конца жизни не сможешь играть на этой своей доске с нитками, — спокойно процедил мужчина, глядя на парня из-под косой челки.
— Марло, он не в себе, он поменялся… почему-то, — мягко произнесла Каэ, опуская его руку, и резко повернула голову к Ки, — какая муха тебя укусила, недоумок? С чего это вдруг ты проклюнулся?
— Отстань от меня, — бросил Ки, ещё крепче прижимая к себе чехол, — я её не верну, она моя. Она хочет быть со мной.
— Псих, — прошипела девушка и четко сказала, — давайте не будем ссориться. Если Ки так нужна эта гитара, и его к ней прямо тянет, пусть оставит. Мы можем как-то возместить ущерб?
— Нечего возмещать, я ему всё оставил уже. Кулон свой оставил, — Ки вытянул из ворота майки пустую серебристую цепочку, на которой у него всегда раньше висел платиновый кулон с зеленым алмазом — подарок родителей на десятилетие.
— Зачем вмазал тогда?
— Так он сразу обмениваться не захотел!
— Дитё малое, — проворчала Каэ и глубоко вздохнула, — хорошо, второй момент. Ки, пожалуйста, пойми своими мозгами: Мила для всех очень дорога, и если ты лично с ней не знаком, для других…
— Да я о ней ни разу от матери и Бена не слышал даже!
— Потому что для них она была мертва! Они о многих, что ли, вспоминали?! Бен вообще ребенком был. Но сейчас она — единственный член его семьи, кто остался жив. Из любви к нему ты должен помочь…
— Я никому ничего не должен, — процедил Ки, отворачиваясь.
— Пусть эта доска остается с тобой, — спокойно произнес Марло, — я ни её, ни тебя не трону, но ты, даже если и не вернешься в прежнее состояние, поможешь мне найти дочь.
— Дочь? — парень резко обернулся, смерив Марло взглядом. — Так эта девчонка твоя дочь?
— Эта девчонка старше тебя на две сотни лет, — язвительно хмыкнула Каэ, — но скажи уже, наконец, ты нашел её?
Ки замялся, почесал нос, а потом неуверенно произнес:
— Ну, как бы да. Только я в непонятках немного.
— В каком смысле? — нахмурился Марло.
— В таком, что я нашел… Только я нашел два источника родной крови. Ты, похоже, дедом стал. Поздравляю.