— Я не собираюсь никуда уходить, — смерив сестру тяжелым взглядом, процедил парень, — я уже сказал это ему. А если кто-то хочет меня отсюда забрать силой — прошу. Давно никому зубы не выбивал.
Аура Гила стала ещё темнее, у мужчины давно уже терпение было на пределе. Каэ лишь качала головой, предвидя последствия, но не вмешивалась: она знала, как себя вести и знала, чем всё может кончиться.
— Ки, не нарывайся, я тебя прошу, — в голосе Линси послышалась настоящая мольба, но брат не изменил ни позы, ни выражения лица, тогда девушка пошла другим путём. Она одним движением встала меж ним и Гилом, неотрывно смотря на последнего, — не трогай его, пожалуйста! Ты ведь знаешь, почему он такой, он тебя провоцирует.
— Из него надо просто выбить дурь, и станет шёлковым.
Линси не замечала, что орава молодежи в баре всё теснее сбивается в кольцо вокруг них, а эскорт Гила и Бен пробираются ближе, готовые к любому исходу дела.
— Не надо, прошу. Ты же прибьешь его. Он и так…
— Всё со мной так! — Ки резко развернул сестру к себе, ухватив за предплечье.
Девушка зашипела от боли, дернулась, вскрикнула, и это было последней каплей. Гил сжал руку Ки, которой тот держал сестру, и практически без размаха ударил парня в челюсть. Ки отшатнулся, но не упал. Секунды хватило, чтоб его хватка ослабла, и Гил вырвал из его руки Линси, отшвырнув её назад, к себе за спину, где её успешно поймал Бен. Каэ вовремя отскочила в сторону, удачно не попав под толпу молодежи, которая рванула вперед, но была вынуждена переключиться на эскорт Гила, не теряющий времени — парни были натренированными специалистами, ловко и быстро раскидали орущий народ в стороны, старательно вырубая особо буйных. У сцены, к которой прислонился Ки, растирая ушибленную челюсть, образовалось пустое пространство. Гилу пришлось говорить громко, чтоб перекрыть шум драки и треск ломаемой мебели:
— Ты этого добивался?!
— А мне так нравится! — со смехом ответил Ки, и смех его был похож на безумный.
— Приди в себя уже, ты не ребенок!
— Не тебе мне приказывать!
— А если больше некому?! — Гил явно собирался довести дело до конца и применить желаемые методы воспитания. Мужчина резко шагнул вперед, но Ки легко увернулся. Контратака не получилась, а Гилу удалось ударить парня ногой в бедро, от чего Ки по инерции упал на пол, едва не угодив под ноги толпе.
Орава молодежи была почти утихомирена, ущерб был нанесен заведению приличный — с поломанными стульями, побитыми стаканами и перевернутыми столами никто не считался. В двери уже ломилась служба охраны «Садов», должная пресекать, а по факту — разгребать последствия особо массовых драк и бесчинств. Заметив одного из хозяев, занятого избиением Ки, они не стали мешаться и сноровисто вытаскивали и выводили на улицу нарушителей спокойствия. Музыка давно не играла, танцовщицы и благоразумные посетители разбежались. В зале оставались только непосредственные участники конфликта: Ки уже еле стоял на ногах, а последним ударом Гил добил его, и парень уже не смог подняться с пола самостоятельно. Отпущенная Беном, Линси бросилась к брату, отталкивая Гила в сторону.
Девушка попыталась перевернуть Ки, осматривая ссадины, ушибы, проступающие синяки, порванную рубашку… Наконец, парню удалось слегка оклематься, сфокусировать взгляд на её лице и он, кривясь от боли, тихо произнес:
— Лин… я не хотел… тебе больно… извини…
Кровь из ссадин и разбитой губы начала останавливаться и подсыхать, Линси ладонями старалась стереть её, касаясь его лица осторожно и мягко, но Ки всё равно морщился, и сестра решила просто погладить его по голове, успокаивая:
— Мне уже не больно, всё хорошо.
На глаза её навернулись слезы, когда она разглядела, что зрачки его сужены до предела — значит, он всё-таки может извиниться, и тот Ки ошибся.
— Не двигайся пока, отдохни, — ласково улыбаясь, произнесла Линси и медленно развернулась, поднимаясь на ноги. — Зачем ты его так отделал?! Тебя не просили выбивать из него дух!
Гил, ещё не успевший успокоиться и надеть свою извечную маску, ответил слишком быстро и резко:
— Я из него выбил дурь, что давно надо было сделать! А ты тряслась с ним как с яйцом, вот и получила!
— Я несу за него ответственность, это мой брат, моя семья!
— Уже нет.
Произнесено это было непреклонно, Гил не отрываясь, смотрел на Линси и требовательно протянул ей руку, но уже без лепестков роз.
Все сразу поняли, что имеется в виду: Каэ едва не лопалась от радости, что стала свидетельницей скандала, Бен был готов провалиться сквозь землю в прямом смысле слова — он опять же знал, чем всё кончится, ошарашенный Ки снова начал закипать и даже пытался приподняться на локтях. А Линси отступила на шаг, качая головой и едва слышно повторяя «нет».