— Ваш отец не смог ответить на звонок, поэтому мне поручили это сказать вам, — всё еще извиняясь, охранник продолжал оправдываться, вызывая раздражение у собеседника.
— Ну, черт возьми, не томи! — повысил тон Тэхен, стукнув клюшкой по свежескошенной траве.
— В ваш ресторан на обед приехала чета Хосок, — затараторил охранник. — Они отказались оплачивать счет, ссылаясь на дружбу с отцом.
— Хорошо, и что я должен сделать? Оплатить счет в собственном ресторане? — недоуменно спросил Тэхен, вытирая тыльной стороной ладони пот со лба.
Жара в начале лета была невыносимой, а желание раздеться догола и прыгнуть в прохладный бассейн только росло в голове парня.
— Нет, господин Ким, но мне сказали, что вы должны были быть в курсе, — замялся охранник, понимая абсурдность ситуации и неловко себя чувствуя.
— Хорошо, я передам отцу. Можешь быть свободен. — Отведя взгляд в сторону, Тэхен вытащил мобильный телефон, нажимая несколько кнопок, набрал номер отца. Прислонив телефон к уху, парень заметил, что мужчина все еще топтался на месте.
— Ты кто, блять, швейцар? Чего стоишь, как истукан, вали уже отсюда! — прикрикнул Тэхен, наблюдая, как тот, вздрогнув, засеменил прочь из корта.
Отец не поднял трубку и после второго звонка, заставляя Тэхена предположить, что тот был очень занят. Досадливо простонав, молодой человек с горечью отметил, что ему все-таки смогли испортить столь хорошее настроение, уничтожая все желание играть в гольф. Тем более, солнце было уже высоко в небе, заставляя парня обливаться потом. Поэтому он поспешил к своему гольф-кару, мысленно проклиная своего непутевого телохранителя.
***
От горячей воды, доверху наполняющей ванну, шел пар, заставляя зеркало запотевать от высокой температуры в комнате. Тишина была почти осязаемой, прерываемая лишь бульканьем воды от движений человека, что находился в ванной.
Чонгук провел рукой по мокрым волосам, смахивая капли воды и возвращая голову в расслабленное состояние. Спокойствие и умиротворение наконец полностью завладели парнем, погружая его в транс, блокируя любые мысли. Он еще не спал после вчерашней ночи, мучаясь и ворочаясь в постели. Нет, он не чувствовал угрызения совести или что-то подобное, что можно чувствовать, убив семью. Совсем нет. Просто какое-то необъяснимое чувство, что осталось с ним даже после того, как он отвез Тэхена домой, тисками связало его тело, не давая возможности вдохнуть или выдохнуть. Именно в такие моменты он осознавал кто он есть на самом деле. Он был убийцей, бандитом, сыном бандита, в конце концов, преступником, который до конца своей жизни ничем уже не смоет кровь, чужую кровь, которая заляпала все его тело от ушей и до самых пят. Скольких он таких убил? Сколько раз поднимал дуло своего пистолета, целясь в лицо, просившее его о пощаде. Сколько раз он пытал, унижал, отрывал конечности, расправлялся с теми, кто переходил дорогу его семье? Он не смог бы назвать эту цифру, даже если бы очень захотел.
Он не чувствовал жалости или сострадания к этим людям, он не мог испытывать эти чувства, их вырвали с корнем еще в детстве, когда умерла его мама, оставив отца одного. Да, он был зол и обижен на мать, разбил все фоторамки с ней, зачеркнул на всех фотографиях ее лицо. Как она могла заболеть и оставить маленького Чонгука и отца одних в этом огромном особняке, который тут же остыл, как и его мать, когда испустила последний вздох, навечно превратившись в ледяной дворец.
Он понимал, он все прекрасно понимал. Понимал, что нормальная жизнь, которая была у его сверстников, ему не светит, понимал, что он никогда не будет счастлив в браке, осознавал, черт возьми, что не дождется того времени, когда можно будет посвятить всего себя внукам. Он понимал, что его жизнь закончилась, когда он впервые поднял пистолет и нажал на спусковой крючок. Тогда судьбоносная пуля полетела прямо в него и размозжила его жизнь в блевотно-кровавое месиво. И он это всё принимал с высоко поднятой головой, скалясь и находя в этом животное возбуждение, мазохистское удовлетворение.
Раздался звонок, возвращая Чонгука в реальность. Смахнув с рук капли воды, он потянулся к телефону, нажимая на кнопку.
— Хе-е-ей, чува-а-ак! — раздалось на том конце телефона, подталкивая Чонгука невольно улыбнуться.
— Укурился? — сделал вывод парень, склонив голову набок и проводя рукой по поверхности воды.
— Пи-и-издец как. Советую и тебе, — на заднем фоне послышалось бульканье воды и выдохи, сопровождаемые смешками.
— Во сколько? — засмеялся Чонгук, смотря на время в телефоне.