— Когда это было написано? — спросил Саймон.
— Дневник датирован 1790 годом, но в него вложены отдельные листы бумаги, которые, как мне кажется, еще старше.
— Тридцать лет назад. Любопытно. — Саймон передал дневник Нику, которого больше интересовали устрицы. — Возможно, ваш отец был знаком с моей матерью и подарил ей этот ключ. Она никогда не упоминала, что была знакома с сэром Роландом Анструтером.
Кейт сказала:
— Вряд ли.
— Почему?
— Судя по отцовским записям, ключ, это не просто памятный подарок, который он мог кому-то вручить. В отличие от многих других своих творений, он уделил этому особое внимание.
— Я не вижу в этом ключе ничего особенного.
— Боже правый, — выдохнул Ник. Он держал в руках потрепанный пергамент, который вытащил из-под страниц. Его глаза были широко раскрыты. Он перевернул лист и поднял его над головой.
Саймон узнал на странице рунический текст. Магические символы, похожие на те, что использовал он сам. Даже пугающе похожие.
Он выхватил лист из рук Ника и уставился на него. У него перехватило дыхание. Ему протянули еще несколько листов. Он взял их у Ника и разложил на столе, не подпуская к себе слуг, которые хотели убрать блюдо с устрицами и принести суп. Саймон переходил от листа к листу, проводя пальцами по символам и сравнивая их. Даже сосредоточившись на этом, он почувствовал слабый аромат духов Кейт, когда она подошла к нему сзади.
— Это магические руны, — сказала она.
— Это нечто большее.
— В каком смысле?
— Я почти уверен, что их написал мой отец.
— Ваш отец? — Кейт потрясенно выдохнула. — Ваш отец был волшебником?
— Он был писцом. Как и я. Я узнаю его почерк по сохранившимся записям. — Саймон посмотрел на Ника, и его губы медленно растянулись в улыбке. — Это заклинания, написанные моим отцом.
Кейт спросила:
— Зачем они могли понадобиться моему отцу?
— Понятия не имею, мисс Анструтер. Совсем не имею. Но это чертовски интересно, не правда ли?
Она искренне рассмеялась, впервые за все время, что он ее знал, и приложила руку к груди.
— Вы можете сказать, что за заклинание там написано?
— Нет, пока нет. Но оно красивое. У него была такая изящная рука.
Кейт вернулась на свое место и сделала большой глоток вина.
— Судя по тому, что я прочла в дневнике, ключ, который у вас в руках, это предмет необычайной силы.
Саймон, Ник и Имоджен посмотрели на ключ. Он переливался в золотистом свете свечей.
— Что это за сила? — спросил Саймон.
Кейт театрально подалась вперед, опершись на локти.
— Понятия не имею.
Саймон ждал более внятного ответа, но понял, что с нее хватит.
— Что?
— Мой отец тоже был человеком скрытным. Он не стал бы просто так писать об этой вещи.
Саймон поднес ключ к лицу.
— Тогда откуда нам знать, что он вообще что-то делает?
Кейт отпила вина.
— Стали бы два таких человека вместе работать над простым украшением?
Саймон пожал плечами.
— Что ж, я вижу явные доказательства того, что они были знакомы и что на ключе есть рунические символы, принадлежащие моему отцу. Но работали ли они вместе над этим ключом? Мы не можем сказать этого наверняка.
Ник хмыкнул и протянул последний лист. Это был грубый набросок ключа с нарисованными на нем руническими символами.
— С другой стороны, — добавил Саймон.
Это был долгий ужин, во время которого они оживленно обсуждали дневник, но так и не пришли к единому мнению о том, как связаны их родители. Кейт и Саймон просматривали страницу за страницей, то и дело восклицая по поводу заметок и особенностей работы сэра Роланда. Кейт заметила, что всякий раз, когда разговор заходил об отце Саймона и его жизни, особенно о тех годах, когда он мог работать с сэром Роландом, Саймон переводил разговор на другую тему. Он делал это ловко, но Кейт умела распознавать двусмысленность. Было очевидно, что он хотел сохранить в тайне информацию об отце. В итоге так и не удалось прийти к единому мнению о том, что же это за ключ.
Наконец, после долгих часов, в течение которых свечи почти догорели, Кейт получила сообщение о том, что миссис Толберт нужно обсудить с ней кое-какие вопросы. Кейт предложила Имоджен лечь спать, учитывая, что день выдался напряженным, но ее просьбу проигнорировали. Девушка, казалось, не замечала никакого напряжения и продолжала жадно ловить каждое слово Саймона, глядя на него усталыми, опухшими глазами. Саймон многозначительно подмигнул Кейт и сказал, что она может заняться своими делами, а он пока развлечет Имоджен.