— Беги, — сказал он ей.
Они услышали, как открылась дверь на лестничную площадку. Малкольм выхватил пистолеты. От звуков, доносившихся из коридора, у Кейт мурашки побежали по спине. Пронзительный вой разорвал холодный воздух, эхом разнесся по тесному пространству. Кейт показалось, что она заметила в глазах Саймона страх, но в то же время почувствовала его решимость, когда он подтолкнул ее вперед. Железная дверь была совсем рядом.
Вой преследовал их, становясь все громче по мере того, как к погоне присоединялись все новые голоса. Кейт ускорила шаг, чтобы не отставать от Саймона и Малкольма. Она врезалась в неподатливую железную дверь.
— Быстрее, — крикнула она, борясь с паникой от осознания того, что они оказались в ловушке с целой стаей оборотней, готовых разорвать их на части. Саймон что-то говорил, но не ей. Он призывал силы в свои конечности.
Малкольм стоял, расставив ноги и развернувшись спиной к ним, с пистолетами наготове. Когда стая завернула за угол — сплошная масса меха и ярости, — Малкольм открыл огонь, и пули разорвали передние ряды.
Саймон приложил силу к решетке, и она со стоном поддалась. Кейт прошла первой, за ней Саймон.
— Малкольм! Готово. Давай!
Выстрелив из пистолетов, Малкольм развернулся и побежал, нырнув головой вперед в проем между раздвинутыми решетками. Саймон быстро схватился за решетки, чтобы вернуть их на место. Рычащая толпа бросилась на него, и Кейт поняла, что он не успеет закрыть решетки. Она достала пузырек и бросила его в сторону наступающих оборотней. Пузырек разбился на тысячу осколков, рассыпавшихся по полу, и от него поднялся легкий туман, который быстро осел. Пол превратился в черную смолу, и звери увязли в ней, так что несколько из них рухнули на почерневшую землю. Саймон как раз пытался сомкнуть решетки, когда вторая группа обезумевших оборотней перепрыгнула через своих товарищей, оказавшихся в ловушке, и бросилась на решетку.
Малкольм схватил Саймона за воротник и оттащил его в сторону, когда длинные волосатые руки и свирепые челюсти потянулись к тому месту, где он только что стоял.
— Спасибо, старина, — выдохнул Саймон.
Малкольм хмыкнул.
Троица быстро отступила, оставив рычащих зверей бесноваться у двери. Пока они бежали, твердый каменный пол превратился в ковер, а в холле появились столы, растения и портреты оруженосцев с призовыми лошадьми. И снова им показалось, что они больше не в доме ужасов. Но, свернув за угол к парадному входу, они увидели приближающиеся фигуры.
Доктор Уайт шел впереди пациентки с обнаженной грудью. Один из ужасных белых гомункулов поддерживал на ногах обмякшую женщину, пускавшую слюни. За доктором следовала гигантская блондинка, одетая в кожаную кирасу. Она прищурилась, оттолкнула доктора Уайта и прошипела:
— Макфарлейн
Доктор в изумлении уставился на Кейт. Он рявкнул что-то на существо, и гомункул отпустил женщину, которая рухнула на пол. Существо бросилось вперед, запрыгнуло на стену и помчалось мимо Гретты к своей жертве.
Саймон схватил Кейт за руку, и они побежали в другую сторону. Кейт не знала, где выход, но могла только молиться, чтобы Саймон его нашел. Она споткнулась на ковре, покрывавшем пол, и Саймон поддержал ее. Затем споткнулся и чуть не упал Малкольм. Воздух наполнился скрежещущим металлическим звуком. Потертый ковер во многих местах провис, а потом начал подниматься и дрожать, словно оживая. Из-под краев длинного ковра показались белые руки, а затем и нечто, похожее не на руки, а на щупальца или когти. Из-под тусклого света ламп показались сгорбленные плечи и головы, издававшие стоны и хлюпающие звуки. Кейт почувствовала, как кто-то вцепился ей в лодыжку, и вырвала ногу из цепких пальцев.
— Он их всех освободил. — Саймон наступил на спину одной из фигур, а Малкольм перепрыгнул через гомункула, который тянулся к нему.
Изуродованные тела медленно поднимались, с трудом удерживаясь на онемевших и деформированных конечностях. Кейт выхватила меч и рубанула по мягкой плоти и белым костям. Саймон впечатал жуткое существо в стену. Малкольм ударил прикладом пистолета по голове, и гомункул рухнул на пол. К ним тянулись все новые и новые руки. Коридор, казалось, сужался под натиском шаркающих белых существ. Только то, что они были в замешательстве, спасало троицу, пока они пробирались сквозь толпу.
Вдалеке по лечебнице разнесся чудовищный вой. Гретта звала свою стаю.