Завтрак в четверг, седьмого сентября, тоже начинался не как обычно в прошлые годы. Раньше сонные дети собирались за столами, полными еды. Ныне действовал режим экономии. И чтобы не остаться с одной краюхой хлеба да соком, приходилось поторапливаться и не опаздывать к началу трапезы. Ничего особенного не происходило, пока через главный вход в Большой зал не зашла Долорес Амбридж.
Горделиво вздёрнутый носик, очаровательная улыбка счастливой по уши женщины, идеальная осанка и самодовольная походка.
- Мяу! Мрр-р! Миу! Мр…
Котята на розовой шляпке. Котята на пушистой розовой кофточке. Котята на розовой юбке. Котята на розовых колготках. Котята на розовых туфельках. Котята на розовых бантах на розовых туфельках. Котята на розовой сумочке. Все они были анимированные: бегали, игриво прятались за краями, карабкались вверх, умывались, вылизывая лапки, сладко посапывали, кувыркались, прыгали за клубочками. Мяукали и мурлыкали на разные голоса! Зато все они были разного окраса: от дымчатых и пятнистых до полосатых и одноцветных, все естественные для кошек расцветки. На тыльной стороне правой руки шрам в виде котёнка, но его было не рассмотреть из-за срочно вошедших в обиход Амбридж розовых перчаток, тоже с котятами, маленькими и миленькими.
Анимация на одежде была новым веянием моды. Амбридж всё-таки имела вкус, чтобы совсем уж не переборщить и не приближаться к вульгарности.
Ребята выпали в осадок, особенно когда некоторые девчонки запищали, умиляясь. А вот Снейпу было не позавидовать: когда Амбридж дошла до середины центрального междурядья, все школьники замолкли, отчего в Большом зале стали отчётливо слышны кошачьи голоса; обожательница нарисованных или сфотографированных котят Долорес устроилась по соседству с Северусом, успевшем и о берушах подумать тоже. Профессор зельеварения наградил поднявшуюся на подиум и.о. профессора ЗоТИ таким взглядом, что все анимированные котята в испуге сбежали на спину, а потом на левый бок женщины, реалистично дрожа и попискивая от страха.
- Северус, дорогой мой, улыбнитесь началу нового дня. Или вы не умеете? Тогда я вас научу, – сладко-мило улыбнувшись, произнесла Амбридж, с самым довольным видом усаживаясь на отведённое ей место.
- Мисс Амбридж, я не давал вам повода для фамильярностей, - процедил Снейп.
- Да бросьте, дорогой мой, мы с вами едим по соседству за одним столом уже не первый день, - хихикнула Амбридж и взмахнула своей короткой волшебной палочкой, невербально поселяя на чёрной мантии Северуса выводок розовых котят, тут же ставших изучать своё место жительства.
- Я это с превеликим удовольствием исправлю, мисс Амбридж, если вы сейчас же не отмените на мне свои художества.
- Хи-хи, какой вы чёрствый сухарь, однако. Мистер Дамблдор, приютите котят у себя?
- Я полагаю, дорогая моя, розовые котята отлично смотрятся на мантии мистера Снейпа. На мой скромный взгляд, у Северуса действительно наблюдаются некоторые проблемы с милыми улыбками, - сказал Дамблдор, сочувствуя холостяку.
- Фините Инкантатем Максима, - произнёс Снейп при взмахе палочкой, очищая свою мантию, а вот с одеждой соседки за одно это заклинание не получилось – слетела только вся анимация.
- Я запомню ваш ответ, Северус Снейп, - сквозь приклеенную улыбку процедила взбешённая Амбридж, чьи многочасовые труды пошли насмарку, да ещё и в таком нелепом виде оставшись на ней.
- Я очень на это надеюсь, Долорес Амбридж.
- От любви до ненависти один шаг, Минерва, не правда ли? - громко прошептала Помона своей соседке.
- Обратное тоже верно, Помона, как считаешь? - столь же громким шёпотом поддерживая шутку подруги-декана.
Навострившие уши дети слушали с затаённым дыханием.
- Оу, друзья мои! – вдруг с радостным удивлением воскликнул Дамблдор, аж вскочив с трона и задрав голову к потолку. – Хогвартс удостоило чести своим визитом астральное воплощение Надежды! Я искренне желаю всем, кто отчаялся или потерял надежду, вновь обрести Надежду!
И действительно, каждый ощутил влияние Духа Надежды, а жертвы шантажа даже заплакали. Иллюзия хмурого неба забрезжила солнечными просветами.
Глава 30, расплата настигает.
Пресса к завтраку принесла очередную сенсацию на передовице: «Гоблины покусились на святое – МАК приостанавливает все игры». Из полоскания и макания коротышек в грязь можно было выудить только новость о том, что банк Гринготтс заморозил многие десятки счетов, в том числе Международной Ассоциации Квиддича. Совы из почтового отделения на Косой аллее доставили Поттеру международные издания, на которые тот подписался, не пожалев золота. За рубежом наоборот смешивали с дерьмом англичан, организовывавших подставные матчи ради афер на ставках. Будучи в своём праве, банк Гринготтс заморозил счета всех заподозренных им в махинациях лиц и обратился в Визенгамот. Верховный суд Магической Британии не только принял обращение на рассмотрение, но и засекретил дело, что говорит о серьёзности претензий. Комитет по квиддичу Международной Конфедерации Магов и Следственный комитет МКМ подключатся к расследованию. МКМ официально обратилась к английским игрокам сборных с просьбами о сотрудничестве и добровольных явках с повинной. Правда, экстренный выпуск «Нью-Ёркского призрака» устами интервьюируемого Сириуса Блэка усомнился в способности английского суда вести это дело из-за причастности некоторых судей к афере как членов организованной преступной группировки, что редакция газеты проверила и убедилась в наличии совпадающих позиций среди состава Визенгамота и списка владельцев арестованных банком Гринготтс счетов, любезно предоставленного гоблинами, открытыми для мирного разрешения финансового спора на сумму в тринадцать миллионов шестьсот шестьдесят шесть тысяч галлеонов.