Глава 67, шоковая пятница.
Шрам на лбу метил вопреки всем стараниям в метаморф-магии, пусть мало великим, зато упорным и вдумчивым. Только заплатка из тонкой трансфигурированной кожи держалась, зато сама становилась заметной, а сборники косметических чар Поттер ещё не изучал. Сегодня вот, три поваренные книги из дома Блэк и книга по кройке и шитью из кож, которую в Запретную секцию поставили из-за ограничений профессионального образования.
Дождавшись засыпания всех однокурсников в спальне, теневой маг в мантии-невидимке перекинулся в почтовую сову. Нарисованный лапкой крестик открыл форточку, самостоятельно закрывшуюся за невидимкой, давно уже озаботившимся этой удобной «калиткой».
Поттер на обочине птичьего сознания, отдав команду, спокойно воспринял, как сова поохотилась и скушала магическую полёвку. После превращения в человека Гарри Дайлен испытал странные, но приятные ощущения сытости. По очереди маг-оборотень превратился в паука и мышь, тоже устроивших себе поздний и целиком магический ужин. Летучая мышь, вдобавок, выследила лукотруса, решившего угнездиться в толчее дубовых ветвей, только вчера созданной.
Магическое питание через обороты здорово сказалось на самочувствии и настроении человека, ставшего бодрым и деятельным наперекор ночи. Теневой маг без промедлений занялся насущными делами.
Среди поломанных волшебных палочек, скупленных у старьёвщика, имелась кленовая с волосом единорога, у которой помимо трещин на стволе от раздавливания каблуком отсутствовала ручка, отломанная повыше основания. Красивая белая древесина с серебристым пучком волос. Женская волшебная палочка, принадлежавшая ведьме.
Поттер задумал эксперимент по перерождению волшебной палочки вместо восстановления или реставрации. Вдобавок, он хотел придать ей специализацию по работе с силами Природы, требующимися для его дальнейшего развития.
У пня с пучком ветвей Поттер организовал рабочее место, расставив на столе инструменты и ингредиенты. Последние компоненты добыл тут же: нацедил свежего дубового сока, вырезал сочный кусочек коры и отслоил пластинку внешней защиты дерева, у себя на затылке аккуратно и собственноручно подцепил золотой расчёской пряди и срезал серебряными ножницами кончики волос, которыми и ногти себе подстриг на руках и ногах (инструменты сам отлил из слитков от МАБ). Кровь даёт неразрывную связь, а волосы и ногти позволят передавать инструмент потомкам и одалживать друзьям. Лукотрус восполнит древесину ручки, гарантирует связь с Природой, наделит характером. Оставалось правильно всё смешать – попытка одна.
Неоклассическое зелье – так можно было бы определить действо в медном котелке наименьшего размера, однако сути в точности это не отражает. Работа больше с концепциями, нежели конкретными магическими свойствами. Сперва сжижение поломанной палочки. Потом превращение в жидкость лукотруса, пытавшегося выбраться из руки и стёкшего по пальцам и ладони в котелок.
Дальше экспериментатор воспламенил свою «литую» волшебную палочку сразу палочковым заклинанием и аурным, создал колдозвезду с Огненным шаром внутри и с соответствующими модификаторами запустил Цветение лотоса, излучавшего магию и жар, нестерпимый без комплексной защиты – вся примятая поросль пожухла и высохла. Вот над этой «спиртовкой» Поттер поместил медную ёмкость. Здесь требовалась другая концепция помешиваний. Сейчас в котелке было три компонента: клён, волосы единорога, лукотрус. Трижды в одну сторону – трижды в другую. Добавил смесь сока с эктоплазмой. Помешал по четыре раза. Клякса лукотруса не распалась. Добавил свои волосы – помешал по пять раз. Подождал пузырьков закипания. Кусочек сочной коры – шесть раз. Подождал пузырьков закипания. Клякса лукотруса не распалась. Высыпал свои ногти с рук и ног – помешал по семь раз. Добавил в котелок внешний слой коры – восемь помешиваний по часовой и восемь против часовой стрелки. Подождал пузырьков закипания. Девятый компонент – магия, подаваемая через серебряный трезубец для помешиваний. Только на девятом обороте сжиженное тело лукотруса деструктурировалось. Напряжённый Гарри Дайлен подождал выпаривания лишней влаги и перед снятием котелка с «огня» сделал по десять помешиваний в обе стороны, через золотой трезубец подавая духовную энергию, в результате чего в котелке наконец-то образовалась однородная масса светло-древесного тона.