Гарри надел свои обычные ботинки и чёрно-коричневые штаны с едва заметной клетчатой фактурой, морковно-соломенную рубашку с волнистым узором золотистой нитью, коричневую жилетку из телячьей кожи, асфальтового цвета куртку без резинок на подоле и рукавах, уже в Хогсмиде поверх нацепил брезентовый рюкзак небольшого размера. Обделил себя драконьей кожей? Отнюдь. Маг-оборотень хотел комплект из свежей кожи, ещё хранящей драконий дух, для чего сперва следовало выяснить секреты ремесла кожевенника из заповедника и понять, стоит ли всё самому проделать, изготавливая для себя шедевр. Купить поношенные вещи лесного охотника теневой маг хотел ради рун и памяти вещей, которую дух Знаний мог считать и передать опытом, подобно тому, как Амелл в эльфийских руинах Бресилианского леса нашёл филактерию древнего эльфа, передавшего ему опыт и знания боевого мага Арлатана.
У «Трёх мётел» через пару домов раздался очередной родительский ох-ах со взрывом звонкого детского смеха от удавшейся шутки с колдовством из глотающей друг друга за хвосты вереницы золотых рыбок, а за углом у отделения почты тринадцатилетний пацан взахлёб хвастался перед изумлёнными родителями своим гигантским флоббер-червём, колдующим не хуже всяких деревяшек. На памяти всех присутствующих Хогсмид никогда прежде не был таким оживлённым, многолюдным, шумным, радостным наперекор всем плохим обстоятельствам. Подлинный фурор среди родителей, конечно же, вызвали не смущающие полезно-потешные аксессуары к волшебным палочкам, а колдозвёзды, чей свет проявлял магию и Астрал: одно дело читать и пялиться на колдофото, другое дело воочию наблюдать прежде незримое.
- Доча писала, что вам требуется сопровождение в драконий заповедник. Сегодня в Уэльсе хорошая погода для потрясающей экскурсии. И как я сам не догадался? – Ксенофилиус поправил прядь волос, свободно свисавших до плеч.
- Папа, - с ещё одним укором протянув свою резинку для волос.
- Ах, спасибо, Луна. У вас на какое время порт-ключ?
- Ох, мистер Лавгуд, боюсь, юная мисс Лавгуд ввела вас в заблуждение, - горестно произнёс Поттер. – Экскурсия не к драконам, по крайней мере, не сегодня.
- Правда? Ах, моя умница в кои-то веки не отгадала чужую загадку? – умилился Ксено, потрепав притворно надувшую губки Полумну. – А вы занимательный молодой человек, мистер Поттер, - по-другому взглянул на юношу мистер Лавгуд.
- Стараюсь, - вынимая прут. – Прошу, гарантирую приятный сюрприз, - говоря с загадочной полуулыбкой.
- Заинтриговал, Гарри. Что ж, я сопровожу вас, - берясь за порт-ключ после дочки, взявшейся вплотную к руке Гарри.
- Портус, - произнёс Поттер командное слово, успев смыться до того, как к ним подрулила мисс Боунс с племянницей и мистер Маклагген с сыном, шедших на вившуюся троицу солнечно-золотых колдозвёзд, и до того, как Гарри нашла Ариана-Ариадна, факт знакомства с которой юноша внятно объяснить бы не смог.
С той же мягкостью, какую показывал мастер-чароплёт Флитвик, троица в мгновение ока перенеслась… на зелёные поля.
Барашек облака удачно прикрыл солнце за спиной, дав обозреть шикарную панораму целиком.
Красивейшие луговые просторы на юге, зелёное разнотравье покрывало невысокие холмы с разлапистыми голубыми елями на вершинах, гулявший по полям ветерок тут и там клонил колосья и цветы. Огибая явно искусственные холмы, вилась лента реки, часто поворачивающей для охвата посевов и пастбищ с коровами и овцами. Вдали на востоке тянулась ленточка реки - рукав для отвода паводков. Вдали на севере из-за леса торчали макушки гор. Только опытный взгляд мог сходу оценить великанские размеры деревьев предгорного смешанного леса, жиденько начинающегося и с обманчивой постепенностью сгущающегося.
Между лесом и лугами раскинулись возделываемые поля пшеницы, хлопчатника, ржи, льна, овса, конопли, амаранта, подсолнечника, отделённые от свободных ветров стенами из ягодных кустарников, меж которыми свободно росли фруктовые деревья. Тут и там торчали пугала и виднелись рунические обелиски подростку по пояс.
В большом изгибе реки, показывавшей язык лесу, устроилась староанглийское поселение с двориками, окружёнными амбарами и одноэтажными домами из плитняка и мансардами под красной глиняной черепицей двускатных крыш, от части из которых поднимались дымки. Единственная улица, качественно мощёная брусчаткой, рассекала село посередь, начинаясь от скалистого мыска над рекой и расстраивалась за границей жилого района. Средь домов высились редкие плодоносные деревья и кустарники: рябина, ранетки, каштаны, боярышник и другие. Виноградные лозы оплетали стены между подворьями. Толстая и невысокая стена из идеально сложенного камня опоясывала жилую часть посёлка, имевшего пару ступенчатых сходов к пристаням с плоскодонками и четыре прямо в заглублённую под прыжки воду реки. Во внутреннем периметре также крутилось водяное колесо, поднимавшее речную воду для проточной канализации. В каждом дворе имелся свой питьевой колодец.