- Рон, а ванной старост кто-нибудь пользуется? – интересуясь для проформы.
- Нет, Гарри, никто – воды нет. Вход свободный.
- Рон, передай, пожалуйста, близнецам, что я хочу провести эксперимент с расширением пространства под баню, нормальную баню с возможностью постирать вещи. Где-то с трёх до четырёх я позову их на помощь.
- А какая она – нормальная баня? Я ни разу не был в бане, Гарри, а близнецы жопятся с рассказом, гады, - пожаловался Рон.
- Вот и узнаешь вечером со всем факультетом. До чая мы успеем развернуть большую часть функционала, возможно, весь. Если что, то я буду плотно насыщать помещение магией и ничего секретного происходить не будет.
- Ну, посмотрим, может, и подойду после четырёх.
После влёта в замок, они разделились. Поттер за ближайшей статуей быстренько накинул мантию-невидимку и трансгрессировал в ванную старост, утратившую всякий лоск и обзавёдшуюся ещё большим количеством трещин. Задействовав посох-шарф, Поттер спустил из ауры заклинания Столкновение маны и Антимагическую вспышку, эффективно расчищая от старых чар шпионажа и всяких прочих наносных плетений, а также уничтожая теневую флору и фауну. Повторял несколько раз, охватывая всё помещение от заглублённой у трамплина части дна бассейна до высоких потолков.
Почему для переделки Гарри выбрал ванную старост? Отдельный общий помывочный комплекс в замке отсутствовал. В общежитиях свои душевые, ныне с бадьями. Туалеты рядом с цехами и некоторыми другими производственными помещениями замка имели и душевые, как в памятном по первому курсу туалете для девочек, где Гермиона, Гарри и Рон столкнулись с горным троллем на Хэллоуин. Но их площади маловато. По отдельности. А если взять соседствующую пару, то хватит на всё. А ещё можно переделать протекающую крышу, достроив этаж с прогулочной площадкой или открытым бассейном. А ещё можно сделать пристройку к замку или вовсе отдельное сооружение на берегу. А ещё можно соорудить плавсредство. Поэтому ванная старост – ложный след, ни к чему портить то, что вновь заполнится водой из когда-нибудь да починенной и вновь запущенной системы циркуляции. Поттер под маскировкой трансгрессировал к подножью башни и заглянул в окна, убедившись, что заявленное время и место сработало: девчонки с разных факультетов в общей замковой прачечной вовсю готовятся подсматривать за Великими Постирушками гриффиндорских парней, некоторые даже расщедрились на осколки сквозных зеркал. Пусть стараются, хе-хе!
Трансгрессировав в одну из пустых мастерских рядом с печами, Гарри снял мантию-невидимку и наведался к артели, где чаровницы как раз завершали оплетать чарами партию свежеэмалированных горшков из печки. Важничая, Поттер наскоро провёл диагностику массовым вариантом заклинания и порадовал служащих достаточным качеством. Девушки очень экономно отнеслись к расходованию драгоценных горшков, так что Поттер раздал похвалы и убрал в ящик весь избыток с неликвидом. И под нетерпеливыми взглядами Гарри наконец-то открыл достаточно охладившиеся муфельные печи у второй стены, где продолжили вести экспериментальные разработки.
Пирожки с саламандрами испеклись!
Утром Гарри Дайлен превратил нескольких в камни и обмазал зеленовато-голубой глиной, потом запер с четырьмя горшками, заряженными волшебным синим пламенем пироманта, и вдобавок с роем огненных комаров, созданных из соединения заклинаний волшебного синего огня Финнигана и разумного огня голубого цвета от Поттера. В левой печи из пары использовалось заклинание разумного огня. Эмалированные «пирожки» дышали обжигающим жаром, мощно горя в воздухе. Запечатлевшееся голубовато-синее пламя смотрелось необычно и тем восхищало, а эффект наложения всполохов и фейерверка восторгал. Синие понравились больше рыжих. Испёкся и кафель, полыхавший пламенем в красно-рыжих и голубовато-синих тонах.
Особое внимание досталось – сырью светильников. Поттер поутру ставил в печь ранее уже испёкшиеся горшки, в которых развёл раствор из относительно дешёвой стеклотары под зелья и сжиженных саламандр с эктоплазмой, а потом вернул твёрдость только стеклу, пленившему огненные кляксы из ящериц. В печах застывшее стекло в эмалированных горшках расплавилось, когда огненные саламандры почти сдохли. А там огонь пироманта подоспел. В итоге магические существа буквально сварились и растворились в волшебном стекле. Ламповые чары удержались и запеклись в стекле. Всё в совокупности породило классный материал под отливку светильников со слегка оздоравливающим светом, живым и дивным. Главный секрет успеха – помещённые в герметизированные муфельные печи колдоцветы: один лотос начал получасовое цветение сразу, другие с задержками в один, два, три, четыре, пять часов.