С горем пополам пятый курс справился с приготовлением общего обеда для своих факультетов. Гриффиндорцы ещё и баллов заработали за красивую укладку, а не второпях, как остальные, за которых не играл Поттер, героический победитель томатов и чеснока.
С десертом к горячему шоколаду на пять часов было попроще. Однако во взбитых сливках извазюкались все – не стоило подпускать Невилла к взбиванию. Даже Молли не ожидала подвоха с этой стороны, а парень просто решил попробовать присовокупить силу друидического посоха, чтобы справиться лучше всех и заслужить баллы для обгона Симуса.
Дамблдор вновь отсутствовал на обеде и прибыл на церемонию публичной доставки денег. Аукцион сегодня принёс налогов свыше девятисот галлеонов, а вот пожертвований оказалось всего двадцать пять галлеонов и три сикля. Директор и его заместительница странно поглядывали на Гарри Поттера, издали сложно судить об их эмоциях, зато удалось узнать о назначенном на девять часов вечера экстренном педсовете с обязательной явкой всех учителей и профессоров, а также всего остального школьного персонала, готовившегося провести вечер последнего буднего дня по своему усмотрению.
Направляясь на стадион, Гарри Дайлен колдооком немного проследил за Драко Малфоем и не удивился, когда белобрысый агитатор сумел затащить всех пацанов-змей в баню, лично пригласив Энтони Голдстейна и Эрни Макмиллана, чтобы те помогли ему с чарами на только что доставленные из Слэйда магические веники и вообще поддержали. Парни охотно согласились попариться – всем очень понравились благоприятные для здоровья последствия. А вот приход последними в раздевалку Северуса Снейпа и Горация Слагхорна стал действительно сюрпризом для всех, приятным или нет, но язвительный язык с комфортом лежащего под вениками профессора ЗоТИ заставил всех изнеженных аристократиков вытерпеть всё от и до.
Кстати, все слизеринцы нашли галлеон на покупку нового кондома от Уизли – легко управляющееся магическое изделие зеленоватого цвета вполне удобно и надёжно прилепляло палочку к голой коже и уменьшало её в несколько раз. К слову, в этот вечер пробуждёнными гидромантами на Слизерине стало четверо ребят и ещё пятеро девчат, над которыми родители в раннем детстве проводили соответствующие магические ритуалы. А Слагхорн вовсе неожиданно для всех обзавёлся магическим фамильяром – чудной водяной змейкой с пристрастием к огневиски и волшебному молоку, смешно высвечивавших её обычно прозрачные внутренности.
За ужином профессор зельеварения ненадолго стал центром всеобщего внимания. Счастливейший на свете одинокий мужчина сам устраивал шумиху вокруг себя, бодро хвастаясь всем и каждому своей уникальной питомицей, которая теперь будет скрашивать его досуг и развлекать в минуты меланхолии. Школьники записали профессора Зельеварения в везунчики и вместо войн с гоблинами активно обсуждали магических питомцев. На самом деле нет ничего удивительного в том, что наслушавшийся детских историй о бане мастер зельеварения употребил зелье жидкой удачи, в итоге поймав и подружившись с ранее никому неизвестным видом магических существ. Лаванда Браун и без намёков Поттера намылилась брать интервью у падкого на лесть и славу Слагхорна, после бани ставшего более фотогеничным; председательница школьного Клуба Журналистики хотела успеть сделать статью в завтрашний выпуск «Придиры», которую больше не считала дурацкой газетёнкой и которая теперь выходила на сотни экземпляров большим тиражом.
Начиная с первокурсников, все школьники захихикали, когда предельно строгая профессор Макгонагалл ввела… пару десятков молодых и взрослых людей с трёхцветными низзлами на руках, мило пушистым мэджик-чау кремово-рыжей расцветки, магическим же аналогом тибетского мастифа с ещё большей пушистостью для генерации молний, лишь в свете колдозвёзд хорошо заметной магической американской овчаркой с переливчатой шкурой хамелеона, адский ротвейлер с пламенеющими носками и губищами. Люди и звери подуставшие, потрёпанные, мода их одежд не английская.