Трансгрессировав на лысый холм через озерцо от железной дороги, Поттер принялся за работу. Первым делом эксперимент:
- Маджикус Экстремус Капациус Экстремис Максима Дуо Максима, - накрутил теневой маг заклинание прямо на макушку холма, в которой он заклинанием Орбис утопил опасный ящик с драконьей пещерой.
У него был всего миг между спуском заклинания с палочки и срабатыванием магии – он успел трансгрессировать на вершину соседнего холма в нескольких километрах дальше на север. Эхо раздавшегося в ночи скрежета и звуков чего-то рвущегося и ломающегося донеслось до Поттера, через свои зачарованные очки наблюдавшего, как перекручивается пространство двух мерностей, создавая жуткую аномалию с перемешиванием пространства. Как раз та самая опасность, из-за которой Министерство Магии ограничило применение заклинания незримого расширения.
Возмущения довольно быстро успокоились, поднявшиеся вверх клочки земли с камнями осели вниз. Верхушка холма увеличилась до площади с зыбкой реальностью, где Навь и Явь перемешались, создав зону, подобную месту обитания фестралов. Состояние этой области пространства следовало закрепить магическими посадками.
Гарри Дайлен осторожно приблизился на летающем щите - мантия-невидимка прекрасно справилась с пересортицей. Немного поколдовав с разметкой по нумерологическому узору под названием Цветок жизни, теневой маг сбросил в центр аномалии отлитый под яйцо валун с весом, увеличенным магией на два порядка. На месте падения образовался кратер и распадок камней – идеальное место «приземления» «инопланетного» драконьего яйца, которое изнутри уже постукивало.
Последний штрих.
Поттер всё-таки решил уменьшить свободные ресурсы своей ауры. Расчёты показывали, что должно хватить впритык, а новое заклинание в ауру лучше подвесить загодя. С учётом будущей драконьей формы, самым актуальным для неё будет заклинание Шока, которое в самый раз спускать с крыльев веерами молний. Вот его-то Гарри Дайлен сейчас и опробовал, соединяя запястья и раскрывая кисти под углом. Конус ярких электрических разрядов свергся вниз, оставляя на камнях характерные для молний следы.
Завершив с центральной «сценой», Поттер дальше принялся по отработанному у Лавгудов принципу высаживать горшки с выросшими ему по грудь удачными результатами эксперимента по созданию породы магического кедра «Драконий Валлийский», чьи орешки должны будут остаться съедобными, по крайней мере, после правильной готовки. Узор идеально вписывался в ту формацию из трёх крупных колдоцветков, которые Поттер создавал в диком саду близь Слэйда. Сейчас Гарри повторил всё то же самое, только заклинание ускорения роста направил исключительно на деревья, которые рассадил по вершине и склонам холма. Некоторые могут заподозрить рукотворность, споры на этот счёт весьма уместны. Напоследок теневой маг оставил над серединой рощи своё второе колдооко и несколько теневых конструктов, на всякий случай пригодятся в помощь младенцу.
Драконологи поступали очень дальновидно, пользуясь запасниками генофонда. Разведение в неволе снижает магический потенциал драконов, соответственно, вместе с ним падают характеристики ингредиентов. Как и люди, драконы вырождаются в сквибов и мельчают, питаясь дешёвым немагическим кормом. Поэтому в специальных пещерах в стазисе держатся древние могущественные драконы, которых раз в век пробуждают, сутки-двое откармливают дорогим магическим зверьём и приводят течную самку, молодую и сильную, пропустившую две-три кладки ради одной, из которой народятся следующие самки-производительницы, а яйца с мужскими особями отправятся в стазис на пару десятилетий, чтобы осеменять внучатых племянниц. Самые магически сильные яйца тоже отправляются в стазис, являющийся главной причиной появления коматозников и в то же время спасающий популяции разводимых драконов от вырождения. Вот на вершине горы с пещерой самцов в Уэльском заповеднике и размещался подобный комплекс. Вот сюда-то теневой маг напоследок и наведался для рекогносцировки.
Гарри Дайлен поздней ночью вернулся в ящик на кровати в спальне общаги Донжона. Убрав тару и переодевшись в пижаму, Поттер заснул в своей постели, оставив балдахин открытым. Теневой маг на сей раз изменил своему правилу выходной ночи и принялся по горячим следам завершать все расчёты, торопясь за оставшиеся до утренней физкультуры три часа «отоспать» шесть растянутых в дни сновидений и наконец-то достигнуть результатов в этой затянувшейся драконьей эпопее.