Опыта жизни Амелла хватило Поттеру, чтобы заметить состояние и настроение Таиз Блэк-Тонкс. Особенно её стали третировать, когда высокомерно отказавшийся бюрократически воскрешать себя Руфус Скримджер публично предложил ей и ещё двум аврорам вместе с ним перейти в аналогичную структуру МКМ. Девушка не была готова дать немедленный ответ и сглупила, сказав, что подумает. На следующий день созданные под англичан вакансии были заняты, а посмевшую сомневаться в родном Министерстве Магии Британии начали третировать ещё сильнее, превращая любимую работу в ненавистную.
Поттеру пришлось изыскивать способ «отдохновения», позволяя хотя бы во снах сбросить напряжение: вместе с Духами протоптал дорожку из домена Таиз к Мунго, вокруг которого демоны гнева разве что хороводы не водили. Вот там они втроём и отрывались: Таиз, Гарри, Дух Доблести в облике Люпина. Вот тут-то и пригодилась Аура очищения, как и разряды Молнии, отлично бившие устойчивых к огню демонов Гнева.
Из нескольких проектов совместным решением за ужином девятнадцатого числа наконец-то выбрали один вариант.
Первый технологичный двухэтажный, представлявший собой в профиле трапецию по средней линии равнобедренного треугольника, с двойными стенами, когда механизмы поднимали или опускали внешние панели, закрывая или открывая верхнюю площадку. Второй тоже предполагал два стеклянных этажа: один с вертикальными стенами в четыре метра высотой и крышей классика равностороннего треугольника, тоже в стекле; по всей середине несущие колонны с фермами. Третий тоже трапеция, только с большими углами у стен и без застекления террасы, оснащённой перилами. Четвёртый походил на третий с той разницей, что вместо наклонных плоских панелей создавалось закругление, сужавшее площадь верхней террасы при пяти метрах высоты чердачного потолка вместо четырёх у предыдущего проекта. В итоге остановились на третьем.
Двадцатого августа на заводах первоочередно для Блэка, специально мотавшегося раздавать Конфундусы, изготовили все стальные конструкции и стеклопакеты. Двадцать первого числа днём волшебники сами забрали заказ, унеся в чарах незримого расширения. Двадцать второго августа наконец-то началась перестройка крыши особняка Блэк: утром разобрали старую, днём по чертежам собрали новую, при помощи магии управляясь многократно быстрее, чем бригада рабочих. Двадцать третьего выполняли отделочные работы, в том числе помогая близнецам с зачарованием стёкол на убирание ночной засветки, на прозрачность только изнутри, на неразбиваемость и неоцарапываемость.
Блэк по совету Люпина посредством Источника Магии обновил все мебельные чары и сгонял во Францию, где в торговой сети по обороту антиквариата продал свою старинную громоздкую мебель в английском стиле и взамен купил мебель из натурального массива дерева, только в лёгком французско-винтажном стиле.
Вечером двадцать третьего августа Сириус, взяв Непреложный обет с репортёрши и её колдографа из «Ведьмополитена», устроил им экскурсию по стеклянной мансарде, а после их ухода в кругу друзей отметил завершение эпопеи. Так совпало, что этим вечером Том Марволо Реддл наконец-то покинул старый особняк Реддлов в деревеньке Литтл Хэнглтон, той самой, где было кладбище, на котором Тёмный Лорд возродился. Почтовой совой Поттер туда дважды по ночам летал, отправляясь по вектору от любезного хоркрукса лорда Волан-де-морта. Помимо маггловского жилья отца Тома в окрестностях оказалось целых два интересных места, заинтересовавших летуна. Одно из них – трёхкомнатная лачуга Гонтов, где последние годы влачила существование мать Тома, Меропа, давшая сыну второе имя в честь своего отца Марволо Гонта. Тень тут изобиловала демонами и отражением могущественных чар, часть из которых для прохожих из бренного мира делала домик страшно отталкивающим.
Теневой маг не собирался биться с десятками могущественных существ Тени. Вместо этого он подгадал время и наведался лично. Вместо распутывания комплекса чар теневой маг топорно обезмажил их Руной нейтрализации, второй, третьей, десятой, затем прошёлся Антимагическими вспышками, сметая остатки плетений. Трансфигурацию големов он ещё не освоил, а Империо на людях применять не хотел, однако побывать в зоопарке он побывал, при помощи хоркрукса переработал формулу превращения камня в обезьяну и уже к псевдоживому конструкту с животным духом из Тени применил Империо, запустив вовнутрь и добыв шкатулку, внутри которой содержался золотой перстень с представлявшим интерес пирамидальным камушком, от прикосновения к которому трансфигурированная обезьяна превратилась в труху. Поттер по накатанной обезмажил кольцо Руной нейтрализации. Попытался, но ничего не вышло – камень представлял собой идеальный канал в Тень, откуда руническое заклинание и высасывало магию, насыщаясь, а наложенные на кольцо чары оставались невредимыми. Ни рассеяние магии. Ни Антимагическая вспышка. Время утекало, и теневой маг из другого дорожного булыжника создал обезьяну, дав той кусок драконьей кожи из поеденного докси и пожёванного ещё какими-то паразитами старого женского сапога какой-то модницы из Блэков. Эта мера помогла взять опасный артефакт. И уже когда Поттер собирался взять свёрток из лап трансфигурированной обезьяны, до него дошла причина неуязвимости – ещё один хоркрукс Реддла! И даже сквозь драконью кожу просачивался соблазн…