- Прошу на борт, дорогая, - опускаясь ниже.
Вскоре парочка переместилась к подножью горы, зависнув над обломками приёмной площадки почившего в бозе драконьего заповедника. Через несколько мгновений оба одинаково взмахнули волшебными палочками, создавая колдозвёзды с обликом своих Патронусов.
- Доброй ночи, мадам Прюэтт, - выкрикнул Гарри и помахал рукой, заметив спрятавшуюся волшебницу.
- Взаправду бают, ай да колдозвёзды! Доброй или не доброй, но тёмной точно ночи, - выразилась кудрявая старушка, одетая в розовом стиле с переливами в белое и тёмно-фиолетовое, смотрящееся куда гармоничнее приторности приснопамятной Амбридж. Уместно вшитый в одежду декор из блестящих чёрных камней подчёркивал изысканность и дороговизну наряда. Мюриэль сидела боком на «Чистомёте-4», ухоженная метла выглядела не старше десяти лет.
- Экспекто Патронум, - произнёс Гарри, вызывая призрачного дракона с фестрала размером. – С таким магическим Защитником драконы нас не тронут, мадам Прюэтт.
- Малоубедительно, юноша, но вперёд, к соблазнам, - усмехнулась рисковая старушка, соблазнившаяся посулами в письме.
И они неторопливо полетели к вершине горы, защищённые магией от ветра и мелкого дождя. Поттер всё прихватил с собой, с четверть часа назад мигом смотавшись в глубины Запретного леса за пропитанными теневой магией камнями и древесиной. Пока Мюриэль в беседе с Луной перечисляла все недостатки её наряда, Гарри Дайлен наколдовал пояс цветущих лотосов, помогающих напитывать магией мобильную баню-сундук, которую он возводил из камня, где-то с отделкой под мрамор, где-то с отделкой несколькими породами дерева, отчасти воспроизводя школьный комплекс с добавлением вторым этажом гостиной залы с очагом и кухни с примыкающей столовой. Вместо стихийных духов – соответствующие чары. Сперва всё в натуральную величину, впечатляющую размахом, потом сворачивание строения в сундук и обратная развёртка, потребляющая прорву магии для левитации на фундаменте-щите, быстро приземлённом на подровненные развалины.
- Впечатляет, молодой человек, однако эти витражи давно вышли из моды, а мебель где, я вас спрашиваю? – брюзжала старушка.
- Всё потребное для сеанса банной терапии готово, мадам. Начнём с чистки ЖКТ заклинаниями и последующим приёмом внутрь раствора для очистки крови.
- Состав?
- Пудра из добытой в Магическом Мире соды, горная соль мелкого помола и кристаллизованная магия среднего помола. На стакан воды всё по чайной ложке, - перечислил Поттер самые примитивные компоненты.
- Вы думаете, я алхимический сосуд? Или тривиальные компоненты вступят в реакцию с зельем на парообразование? – выискивала недочёты старушка, величественно шагая по просторной раздевалке, где Луна наколдовывала шкаф, скамью и прочий минимум.
- Пар на свежей крови саламандр, мадам, - пояснил Поттер, оголяясь.
- Хм, маловато ваше достоинство, как и возраст подкачал в сопоставлении с умениями, - пробурчала старушка, смутившись от того, что одна осталась в одежде. Думала, молодёжь не рискнёт, постесняется.
Ассистентка помогла с чарами против неприятных звуков и запаха, туалетная кабинка не стала препятствием для заклинаний из колдомедицины. Пациентка осталась недовольна жёсткостью стульчака. И пар ей был горяч, и обливание недостаточно холодное, а уж повод ругать веники Гарри сам давал, периодически пропуская через ветви аурное заклинание Спиритического удара, разделяющегося и колющего, словно хлещут крапивой.
Первая волна, всколыхнувшая Тень-Астрал, застала на середине второго захода, побудив цветущие лотосы выпустить облачка синей пыльцы – овеществлённая магия по типу кристаллов. Гарри и Луна поспешили вдохнуть каждый у своего бутона, о Мюриэль позаботился банщик, наколдовав ветерок, собравший с пыльцу над остальными цветками и принёсший облако к ворчливой старухе, ставшей активно дышать полной грудью, по примеру молодёжи стараясь вобрать в себя всю магию, заодно и горячий пар с целебными частицами крови саламандры вдыхая.
- Маджикус Экстремус Репаривитаэ Максима Паулатим. Луна, проассистируй с вениками, пожалуйста, а я займусь спиритическим иглоукалыванием.
- Хорошо, Гарри.
- Молодой человек, я вам не подушечка какая-нибудь! – возмутилась старушка. – Ай! Ой! Уй! И-и-и! У-у-у! А-а! Ох, матерь Мерлинова! Ух!
Гарри сменил тактику, убрал спиритического Патронуса и принялся пускать с палочки точечные спиритические иглы, протыкая застарелые порчи и проклятья, нажравшиеся магии и ставшие заметными. До чего же грязный пот пошёл! Зато бабулька перестала брюзжать, выискивая во всём недостатки. Потребовалось ещё трижды чередовать парилку и мойню, прежде чем юный целитель счёл очищение достаточным.