Глава 118, эпилог.
Семи с лишним часов непрерывного сна хватило Поттеру, чтобы выспаться вдосталь. Юноша проснулся задолго до будильника, сладко потянувшись. Спозаранку ему захотелось сумасбродства – главный враг побеждён! Виват! При взгляде на вышивку балдахина подумалось о том, что цвета Гриффиндора – красный и золотой. Золотой! Заманчива и кичлива идея стать золотым драконом, преобразив чешую по методике василиска. Только Поттер не удовлетворился одной лишь красотой и счёл вовсе лишними ассоциации с баснословным богатством, поэтому развил идею до покрытия чешуи гоблинской сталью. Из-за дядиного бизнеса с дрелями юноша знал о хромировании как напылении металла – это идеальный вариант, в его случае покрывающий все потребности.
За окном ещё стояла темень, школьники досыпали самые смачные утренние часы. Гарри Дайлен аурным заклинанием Вытягивание маны добыл образцы магии пироманта и криоманта, не потревожив их фамильяров, предварительно отправленных в сны своих хозяев. У одного из гидромантов тоже взял образец, после чего поплавал в банном джакузи, дождавшись появления водяной саламандры и поймав её, а также выпросив у стихийного духа Воды капельку его тела. После этого Поттер, оставаясь в мантии-невидимке, накрутил пять оборотов хроноворота и трансгрессировал в Лондон, в соседний с Мунго квартал. Слишком много узнавший Корбан Яксли должен был умереть в реанимационном отделении, хоть это и попортит отношения с Духом Мудрости Мунго.
Каково же было удивление Поттера, когда он увидел двух мертвецов! Целители поступили цинично, подпустив новичка к идейным Пожирателям Смерти, в прошлый раз избежавшим Азкабана. Неопытный колдомедик ожидаемо потерял обоих пациентов. специалист вмешался только в самый ответственный момент, применив что-то из разряда магии крови для переброски главенства рода с контролем над мэнором к изгнанникам и дальним родичам, Натану Яксли и Брайану Брауну, отцу Лаванды. Копнув чуть глубже, теневой маг выяснил, что это имевший свою выгоду Люциус дёрнул за кое-какую свою ниточку в Гильдии Целителей, он же Блэку сдал Селвина. Сириус в тройке с Таиз и Габриэлем угробили этого опытного Пожирателя Смерти, имевшего достаточно разветвлённое фамильное древо, дабы управление мэнором передалось внутри рода естественным образом. Прямо-таки ночь длинных ножей!
Удовлетворив интерес, Гарри Дайлен нашёл в столице несколько подходящих духов и перенёсся в Поттер-касл, где слепил для Айсы сестру Айри и брата Уоса. К этому времени американцы применили оба проданных им вечером муравейника. Обе роевых сущности подверглись доению, замысловато осуществлённому из-под мантии-невидимки. Полученные эссенции теневой маг разделил между духами-тройняшками, кроме эссенции роевого сознания муравейника-топки, оставленной для ещё не построенной муфельной печи в Поттер-касл или Поттер-мэнор – Гарри Дайлен ещё не определился, где ему организовать собственное производство.
Под мантией-невидимкой Поттер пробрался в Блэк-хаус, где Сириус изволил дрыхнуть после трудов праведных. Малфой заложил в Блэка нужную мысль. Теневой маг решил не дожидаться, когда у его крёстного отца родятся бастарды, и ниспослал яркое сновидение с сонмом правдоподобных причин, почему заклинание контрацепции могло дать осечку. После фазы быстрого сна Сириус посередь ночи вскочил с постели как ужаленный. Удовлетворённый эффектом, Поттер тихонько покинул особняк и поочерёдно трансгрессировал к каждой из будущих матерей, аккуратно убирая свои колдорастения, делая цветы в горшках совершенно обычными, какими они являлись до вмешательства юного волшебника. Теперь забота об этих беременных женщинах – это головная боль Сириуса Блэка. Разве что маг напоследок применил к каждой спящей заклинание Восстановления, насыщавшее их магией, перетекающей в плод, тем самым делая его магию ярче и заметней для поисковых чар, остервенело листать семейный фолиант с которыми Сириус подорвался прямо в пижаме, пока домовой эльф Харлей не поймал оставленного специально для него виспа и не принёс рвущему волосы хозяину старинный хогвартский учебник, раскрытый на странице с началом описания соответствующего ритуального заклинания поиска проросшего семени, в итоге давшего аж тройной результат, сваливший усталого и потрясённого волшебника в обморок.
Оставшихся часов Поттеру более чем хватило на то, чтобы смотаться в Уэльс, в драконьем обличье позавтракать лежащими в стазисе мёртвыми гоблинами и умилиться спящими дракончиками. Юноша счёл себя достаточно опытным мастером оборотничества, чтобы совместить облик Патронуса с подобием одного из посапывающих драконьих юнцов и превратиться в его брата, скажем так. Главное, сохранить преображение в тайне, иначе среди драконов утратится всё уважение и трепет перед мощью лидера, оказавшегося фальшивым.