Определившись, теневой маг спустился на первый этаж дома Дурслей и открыл входную дверь, выходя в мальчишескую спальню пятого курса Гриффиндора, её отражение в Тени. Хоть Поттер и явил себя да обозначил свою позицию для местных обитателей Тени на прошедшем ужине, он пока только присматривался к обстановке и диспозиции сторон, не спеша, как в особняке Блэков, остро нуждавшимся в экстренном спасении. Вот и сейчас он, избегая встреч, обернулся птицей и вылетел, ориентируясь по карте Духа Знаний, созданной им на основе памяти Гарри Поттера. Второй этаж. Окно в туалет Плаксы Миртл нашлось в предполагаемом месте. Зачем ломиться в замурованный проход, когда можно войти через стекло?
- Уй! – больно ударившись затылком о стену и ощутив резкую боль в коленях. Зато успел вовремя приклеить стопы у окна. Лечение на себя.
Ворча на собственную никудышную физическую подготовку, теневой маг кое-как подтянулся к окну и вновь прибёг к помощи Духа Знаний, чтобы воспроизвести свой детский магический выброс, убравший стекло к боа-констриктору в зоопарке, посещённом на день рождения Дадли летом тысяча девятьсот девяносто первого года.
- Ступефай. Конфундус, - и ещё спустив с ауры на привидение Плаксы Миртл заклинание Дезориентации. – Тебя вызывает к себе профессор Бинс на отработку.
- Ой, я же опаздываю на отработку к профессору Бинсу! Ну надо же так засидеться в туалете! – воскликнула подросток и смылась, в прямом смысле этого слова скрывшись из Тени в Явь через унитаз.
Освободив себе помещение, Поттер потренировался во вновь теперь ему доступном парселтанге, открывая и закрывая среди раковин лаз василиска.
- Акцио метла!
Вложенная магия выдернула оную откуда-то – влетела через окно в руку. Юноша осторожно направился вниз, окружив себя слоёной защитой против той омерзительной склизкой жизни, что в Тени бурлила на стенках и полу канализации. Проделать большую дыру в устроенном Локхартом завале труда не составило. Увы, лаз в Запретный Лес был дальше. Может быть через него Дамблдор и проник в Тайную Комнату, а может его туда доставил феникс, в самый ответственный момент боя с хоркруксом в дневнике принёсший Распределяющую шляпу со спрятанным у неё внутри мечом Годрика Грифиндора, без которого не стоило и мечтать завалить гигантского василиска. Увы, туша отсутствовала, а ведь это десятки, если не сотни тысяч галлеонов за ингредиенты, уникальные своим возрастом и насыщенностью магией. И где эти деньги? Оставался мизерный шанс, что это разумные акромантулы сожрали змеиный труп, о котором директор забыл, а когда вспомнил, то было уже поздно. Однако их гнездовье пока подождёт.
Сова вылетела из лаза и поднялась над ночным Запретным лесом, едва увернувшись от выдернувшей перо из хвоста зазубренной иглы и потеряв маховое перо из крыла из-за кислотного плевка с другой стороны. Кто и зачем атаковал – загадка, оставшаяся во тьме ночной. Сторонясь других летунов, птица направилась к теплицам и оранжереям замка, проникнув вовнутрь тем же способом убирания стекла.
Ох, внутри царили поистине смертоносные заросли всего вперемешку, хотя Помона Спраут трепетно относилась к своевременной прополке, стрижке, аккуратности грядок и расстановки горшков. И проламывать теперь не вариант – сам же раздал детям инструмент наблюдения за Тенью. Пришлось Поттеру повнимательнее осмотреться, заглянув через окна во все помещения, подбирая, где бы приземлиться и собрать подходящий набор «теневого татуировщика».
Шипастые лианы, пузырящиеся чашелистики, острые лезвия лепестков, висящий «смог» из спор и пыльцы, стрекала с иглами наготове, плюющиеся вулканчики гнойников, клыкастые челюсти шляпками грибов, на стволах похожие на трутовики сомкнутые жабьи рты с явно далеко и резко выстреливающими языками, на стеклах ползали улитки, с которых вниз капала едкая слизь зеленовато светящейся протоэктоплазмы. Гусеницы с пастями-капканами, стрекозы с мечевидными крыльями и лохмами стрекал медузы под брюхом, оперённые кальмары с саблезубыми присосками.
Метла выручила. С воздуха собрав по верхушкам всякого в трансфигурированный ящик из-под гаражных инструментов, Поттер отправился в башню Ровенкло, где была самая большая община нарглов, как это ни странно, а может быть и закономерно. Дополненные заклинанием направления способности почтовой совы помогли найти самого матёрого наргла. Скормив тому девятнадцать виспов за каждого ученика, что проворовался в прошлом году и за ещё шестерых рецидивистов в этом, теневой маг сделал последний штрих, пользуясь пластичностью Тени для того, чтобы при помощи метаморф-магии подрасти, принимая облик директора. Став походить на Альбуса Дамблдора в белой мантии, разукрашенной чёрными черепами и костями, как втюхиваемая продавцом «самая мальчишеская» пижама, теневой маг принялся за неприятную работу: Ледяной хваткой фиксировал фантом, удостоверялся в наличии эпизодов воровства при помощи отрабатываемого Легилименс; сочащимся ядом хвостом дёргающейся в руке сколопендры, чьим-то ядовитым клыком, жалом или клешнёй процарапывал надпись заглавными буквами газетного шрифта «ВОР»; замазывал рану какой-нибудь дрянью, тоже соизмеряя пакостность с ценностью сворованного; дожидался разморозки и проникновенно так через очки-половинки просил: