При необходимости Кагал облагал всю общину различными сборами. Об этом свидетельствует следующий документ: О процентном же сборе.
Суббота, отдел Вангаш, 7 Тебета 5562 (20 декабря 1802 г.). Постановление Кагала и чрезвычайного собрания.
«Кто к наступающему вторнику не внесет помянутого сбора, тот будет оглашен, как человек, отделившийся от общества. Кроме того, помянутым избранным дается власть подвергать такого человека разным штрафам и преследовать его на столько, на сколько хватит силы Израиля. Решено так же не входить в сделку ни с кем для освобождения его от положенной присяги, за исключением тех лиц, которые внесут 50 червонцев.
При сем с общего согласия казначеем сбора утвержден р. Вольф, с р. Гирша. Что касается тех домохозяев, которые хотят судиться с собранием относительно доходов с домов, то адвокатом по сему делу со стороны Кагала назначается поверенный р. Айзик, с тем однако, что если противная сторона не явится в суд завтра же, то ее слушать не будут»[53].
Во всех еврейских общинах России Кагалы ввели «коробочный сбор», который взимается с каждого еврея за употребление кашерного мяса. По Талмуду еврею разрешается употреблять только то мясо, которое было зарезано шохатом — еврейским мясником
Убой скота производится особым способом, при котором животное поддерживается в стоячем положении, медленно истекает кровью под ударом особых колющих орудий. Это ритуальное убийство животных до сих пор сохраняет значение религиозного жертвоприношения.
Еврейские мясники назначаются синагогой, являются служителями культа и весь этот жуткий ритуал сопровождается чтением особых молитв и заклинаний.
Всякое другое мясо считается «треф» (скверным) и приравнивается к падали. Поэтому каждое животное, зарезанное шохатом, облагалось налогом. Правительству была подкинута мысль передать «коробочный сбор» от кашера в руки Кагалов, что, якобы, увеличит поступление налогов в казну. И правительство приняло такой закон, словно не знало, с кем имеет дело, а возможно чиновников просто подкупили.
Цифры убедительно показывают всю тщетность надежд на увеличение финансовых поступлений от евреев.
Недоимка с них по Виленской губернии возросла до 298868 рублей, а по Минской до 341097 рублей[54].
Для пополнения своей казны, снижения налогов и сборов с евреев, Кагалы всегда использовали излюбленный метод — заниженные цифры численности общины.
Поддержка русским законодательством свечного, коробочного сборов и налогов, передача их в ведение Кагалов повлекли непоправимые последствия. А. Брафман справедливо пишет, что правительство поддержало на русской территории национально-еврейское правительство — Кагал. Произошло отделение еврейства от русских государственных правил и законов, причем правительство оказалось исполнителем наказания евреев, не выполняющих кагальные постановления[55].
Каждая община наряду с Кагалом имеет судебный орган — Бет-Дин. В его составе судья и двое старшин. Он заменяет государственный суд и осуществляет судебный процесс внутри еврейской общины. В соответствии с талмудическим сводом законов евреям запрещается судиться в нееврейском судебном учреждении. Нарушающий этот запрет — есть злодей, а сам поступок признается равным хулению, поношению и наложению руки на весь закон Моисея[56].
Бет-Дин может в этом случае наложить «нидуй» (исключение из местной общины) и «херем» (проклятие и исключение из всего Израиля). Этому наказанию подвергается и тот, кто помогает и поддерживает отступника.
Кроме этого, Бет-Дин может наказать плетью, убить нарушителя в назидание другим, для поддержания порядка и дисциплины.
При вынесении Бет-Дином смертного приговора («карет» — искоренение) Кагал поручает его исполнение особому агенту, называемому «тайным преследователем».
Этот «тайный преследователь» дает торжественную присягу никогда и никому в мире не говорить, что он был «тайным преследователем», и никому на свете не потворствовать, а действовать согласно данной ему Кагалом инструкции. Последнее слово этой инструкции гласит: «В роковой час пусть разразится над ним (оглашенным) его несчастье»[57].
В 1838–1840 годах слушалось «ушицкое дело», когда Кагал казнил двух евреев — Оксмана и Шварцмана, донесших русским властям об утайке ревизских душ и подделке документов. Один из них был умерщвлен почти принародно в синагоге, второй был убит на дороге[58].
Иногда Бет-Дин разрешает одному еврею подать в нееврейский суд против не подчиняющегося Кагалу еврея, или передает полиции компрометирующие материалы.
В своей судебной практике Бет-Дин руководствуется предписаниями Талмуда. Вот их некоторое содержание: «Добро гоев не принадлежит никому: оно принадлежит первому проходящему еврею». «Гой, укравший у еврея хоть грош, должен быть предан смерти». «Но еврею разрешается обокрасть гоя». «Если еврей судится с неевреем, то решайте дело в пользу вашего брата, а гою скажите: того требует ваш закон, (это в том случае, если еврейской общине удалось ввести благоприятные Израилю законы в данной стране). Если же еврейство не обладает могуществом в этой стране, или если судья нееврей, то беспокойте гоя интригами до тех пор, пока еврей не выиграет своего дела». «Бог велит брать с гоя лихву, ибо мы должны ему вредить, даже когда он полезен. Если гою нужны деньги, то еврей должен так его запутать, чтобы он не мог иначе заплатить, как продав свое имение». «Следует убивать самого честного среди гоев». «Проливающий кровь гоев угоден Богу». Вот такими предписаниями руководствуется в своей деятельности Кагал и его судебный орган Бет-Дин[59].