— Сестренка-а-а! — весело пропел орк с повреждениями на фасаде, протянул руки, снял меня с крыльца, как куклу, и восторженно закружил по двору, распугивая уже взнузданных и заседланных лошадей и едва не наступая на бродящих в поисках зерен кур. Я взвизгнула и обреченно зажмурилась, даже не порываясь обрести свободу посредством какого-нибудь приема борьбы или применения оружия — уж слишком красочно представлялось, как далеко я тогда улечу. Гном, дирижируя своей бутылью, размахивая подолом килта и подвякивая что-то восторженное, весело скакал рядом, с упорством, достойным лучшего применения, пытаясь вспрыгнуть моей «лошадке» на плечи.
— Ах ты! — вдруг взвизгнул рядом чей-то высокий, звенящий негодованием голос. После чего мир прекратил свое бешеное кружение и я обрела под собой точки опоры — сначала две, привычные и родные, на которых я привыкла перемещаться, а потом одну — ноги не удержали свою хозяйку, и я бесславно брякнулась на задницу, бесцельно хлопая глазами и вертя головой.
— Да… Ну и че ты добилась? — возмущенно поинтересовался гном, шустрым комком подкатываясь ко мне и галантно предлагая руку. Я покосилась на его огромную лопатообразную длань с обломанными ногтями и вековыми залежами грязи под ними, каким-то чудом сдержала брезгливую гримасу и начала вставать сама. Впрочем, сзади за меня тут же ухватились маленькие цепкие ладошки и решительно поддержали, помогая в нелегком деле поднимания на ноги.
— Вот ведь каланча безголовая! продолжал звенеть негодующий голосок, — Чуть не убил многоуважаемую тэмм! Лапы — как кузнечные клещи, морда синевой заплыла, силищу девать некуда, так он к людям приставать вздумал! Вот я вас сейчас!
— Успокойся, — с трудом выдохнула я, отряхивая штаны и поворачиваясь к бушующей служанке, той самой, которой Шторм был доверен. Девушка уже, кажется, всерьез изготовилась с голыми руками наброситься на моих новоявленных родственников, и лишь мой профессионально-цепкий хват за плечо удержал ее от столь рискованного и необдуманного поступка. Отчего скромная неприметная служаночка вдруг превратилась в яростного защитника ошеломленной храны — лично мне было непонятно. Впрочем, доискиваться причин я не стала, а просто пояснила: — Они со мной не дрались, а братались.
— Чего?! — поразилась она. — Эти страхолюдины?
— Ага, — подтвердила я, перехватывая Тьму, которая, по зрелом размышлении, решила-таки напасть на орка и кружила вокруг него, выбирая место для атаки. Дело это было долгое, ибо размеры противника по сравнению с демоном переходили все доступные границы воображения. — Друг с другом уже побратались, теперь вот решили и меня заодно в родственницы взять.
— Да-а, семейка будет — просто загляденье, — покачала головой служаночка, смерив внимательным взглядом сначала стоящих в обнимку «братцев» (орку ради этого пришлось присесть на корточки, а гному приподняться на цыпочки), а потом пристально разглядывая меня с демоном на руках, — Вы всегда так легко находите себе друзей и родственников, тэмм?
— Нет, — честно призналась я. — Это не я их, а они меня находят. Равно как и все неприятности, с ними связанные.
— Видите ли, тэмм, — раскраснелась девушка, смущенно косясь то на меня, то на гостиничные окна, — там милорд, с которым вы приехать изволили… Он… ну…
— Ясно, — с обреченным вздохом констатировала я. — Милорд Торин опять чем-то недоволен и угрожает сей же секунд помереть от возмущения всем назло?
— Да! — моя добровольная помощница и информаторша благодарно тряхнула головой, сделала большие глаза и устремилась к крыльцу. Я последовала было за ней, но была остановлена удивленным возгласом:
— Эй, сестренка, ну куда же ты? Может, выпьем вместе?
«Вот ведь навязались на мою голову, пропойцы разномерные! Чтоб вас демоны во Мрак вековечный унесли вместе с вашими родственными чувствами! Эрт драалан вар- то!» — мысленно ругнулась я, оборачиваясь к живописной парочке, по-прежнему обнимающейся и довольной друг другом по самые уши. Ведь так просто уйти не дадут, с них станется следом за лошадьми бежать и о своих братских отношениях со мной и друг другом на весь город кричать.