Гордость не позволила мне кричать. А нарядное платье и длинный широкий плащ не дали успешно воевать. Кроме того, альм, несмотря на многочисленные синяки, порезы и раны, был чудовищно силен и проворен. От такого так просто не отобьешься.
«Вот и смерть моя пришла», — с меланхоличным спокойствием подумала я, вглядываясь в полыхающие восторженным безумием глаза в каких-то дюймах от моего носа. Очень красивая смерть, надо признать. Хотя кто к кому пришел — это, конечно, еще вопрос.
Руки нечеловеку пришлось употребить на то, чтобы сдерживать мое рвущееся в сторону тело, поэтому он, придя к неприятному, но необходимому решению, резко нырнул головой вниз, ко мне, явно решив попробовать разорвать защищенное лишь бархаткой с жемчугами горло своими солидными, похожими на волчьи клыками. Не знаю, способен ли представитель разумной расы на такую дикость. Проверять это на себе у меня не было ни малейшего желания, поэтому я постаралась воспрепятствовать сему оригинальному эксперименту всеми силами: уперлась руками в нижнюю челюсть альма и обреченно зажмурилась, не сомневаясь, что хвостатый парень сломит мое сопротивление, даже не заметив его.
Однако гибель все не наступала. Удивленно открыв глаза, я столкнулась с таким же потрясенно-недоверчивым взглядом лунных глаз и поняла, что избитый и замерзший нечеловек уже выдохся. Этим стоило воспользоваться:, я прекратила дергаться и, дождавшись, когда альм слегка расслабится, изо всех сил рванулась в сторону, причем не телом, а разумом, стараясь активировать пришпиленную к воротнику крохотную брошку в виде серебряного паучка с жемчужным брюшком.
Беда была в том, что я, не желая причинять вред своему несостоявшемуся убийце, не могла применить всех доступных мне приемов безоружной борьбы, которые как раз были направлены на то, чтобы доставить как можно больше проблем противнику. Однако в данном случае хватило и мысленного рывка: изящная чародейская тварь спрыгнула с воротника и решительно пробежала по рукам брезгливо охнувшего альма, а я, решив, что сейчас самое время начать активное сопротивление, вскинулась вверх. Агрессора снесло в сторону, и я смогла вскочить на ноги, дабы достойно встретить вторую атаку, буде таковая начнется.
Однако парень явно понял, что столь сильная, самоуверенная и решительно настроенная жертва ему не по клыкам, и отполз в угол, сверкая оттуда своими невероятными глазищами, как рассерженная кошка. На Каррэна он был похож неимоверно, просто настоящая копия… Но все-таки это был не он. Почему — не знаю. Но я чувствовала, что передо мной сидел не мой несостоявшийся муж.
— Каррэн? — на всякий случай осторожно поинтересовалась я, уже понимая, что это дохлый номер. Паук вопросительно покосился на меня, но, видя, что наш противник временно прекратил свои угрожающие телодвижения, не стал бросаться, а переполз поближе к моим ногам. В том, что при необходимости он сорвется с места быстрее сторожевой собаки или дрессированного демона, сомневаться не приходилось.
— Вэррэн, — спокойно поправил меня альм с таким небрежным изяществом в голосе, словно представлялся леди на светском рауте, а не знакомился с той, которую только что чуть не отправил во Мрак вековечный в тюремной камере. Голос у него и впрямь был нежным, сладким, обволакивающим, до слез знакомым и родным. Оставалось только гадать, как боги допустили в мир подлунный двух созданий, до безумия похожих даже в мелочах.
— Какая разница, — разочарованно вздохнула я, машинально поправляя растрепанные в драке волосы и поворачиваясь к выходу. Надо было бы, конечно, как следует потрясти этого хвостатого на предмет добычи информации о причинах такой ненависти к скромной наемнице, но я была придавлена обломками рухнувших грез и упований и очень плохо соображала, что к чему. И сама же понимала, как глупо ожидать, что в тюремной камере обнаружится Каррэн. Понимала… и надеялась. Надеялась до того самого мига, как альм сбил меня с ног, потому что именно тогда я и поняла, что это не убитый мною нечеловек. И дело было даже не в том, что такое поведение вообще было несвойственно Каррэну. Просто это был не он.
— Погоди, — внезапно властно произнес Вэррэн, протягивая руку. Я, сама не понимая, почему, послушно остановилась. — Наемница? Как там правильно назвать — храна, да? Тень?
— Она самая, — настороженно кивнула я. — С кем имею честь?
— Я ведь уже представился — Вэррэн, — с легкой ноткой удивления повторил альм. Я не сводила с него глаз, ожидая продолжения, и в конце концов он с быстрой гримасой неудовольствия закончил: — Из рода В'елнатов.