— Мусуме? — послышался слабый голос из глубины комнаты, когда напарница с шумом распахнула дверь спальни на первом этажа и втащила меня следом.
— Ка-чан, я привела Рью-куна, он тебя сейчас мгновенно поставит на ноги, — объявила девушка.
— Тсуме-чан, я же говорила, что это простая слабость и скоро пройдет, — немного раздраженно вздохнула старшая Инузука.
Вот только выглядела она действительно не очень хорошо — бледный вид, круги под глазами и порядком исхудавшее лицо сигнализировали о необходимости срочно показаться врачу, а не ждать, пока само пройдет, как любят делать многие шиноби.
— А вот слабость или нет — решать мне, — решительно заявил болеющей женщине, присаживаясь рядом с постелью на колени и активируя шосен но дзюцу.
Проведя руками вдоль тела, прикрытого тканью, я нахмурился. Так, понятно. Это будем лечить, это тоже, а остальное восстановится со временем само и лезть не стоит. Спустя пятнадцать минут работы я вырубил технику и расслабился.
— Ну что? — нетерпеливо спросила Тсуме, едва сдерживаясь, чтобы не вытрясти вердикт.
— Ну, поздравляю — вы беременны, — нейтрально произнес я, поглаживая подбородок.
— Что?!
Двойной вопль шокированной напарницы и даже подскочившей на кровати Цебами чуть меня не оглушил, но выражение лица удалось сохранить столь же безмятежным.
— А, нет, это принято говорить в другом случае, извините.
— Сейчас не время шутить, Рью! — прорычала Тсуме и отвесила мне подзатыльник, способный свалить с ног и быка, но знакомый со вспыльчивым характером девушки, я заранее подстраховался.
Старшая Инузука лишь облегченно вздохнула и кинула в мою сторону испепеляющий взгляд, который очень быстро погас, стоило ей осознать свое улучшившееся самочувствие. Пользуясь, неудобным углом обзора Тсуме, не позволяющем видеть обе мои руки сразу, я быстро подал несколько знаков и чуть вопросительно вздернул левую бровь. Больная удивленно раскрыла глаза, реагируя на мое предложение, но после короткого колебания, почти незаметно кивнула, приподняв уголки губ.
— Ну почему же, самое время, на мой взгляд, — пожал я плечами, игнорируя шипение девушки, отбившей руку о внезапно возникший покров чакры, — а что касается диагноза, то я определил истощение центральной нервной системы, повреждение печени от какого-то слабого растительного яда, попавшего в организм около года назад, — на мой вопросительный взгляд женщина кивнула, — начавшая работать с перебоями почка, не получившая должного лечения сразу и вновь ставшая проблемой сейчас. Скорее всего, виной сильнейший ушиб, полученный года два назад. Также небольшая потеря мышечной массы на нервной почве. Да и остальные случаи проявились, скорее всего, от нервов, как только организм ослабел.
— И что делать? — обеспокоенно спросила напарница.
— Ничего.
— Как это ничего? — несколько обалдела Тсуме.
— А вот так — беспокойные органы я как следует уже подлечил, хотя проще было бы сразу обратиться к нормальному медику, массу набрать можно тренировками, а нервы ирьёнинами не лечатся, — пожал плечами, — так что я рекомендую нормально отдыхать, поменьше нервничать, сменить род деятельности на что-нибудь успокаивающее… и много-много внутреннего массажа, предпочтительно с моим участием, просто для закрепления эффекта.
— Рью! Прекрати говорить пошлости! И пялиться на грудь моей ка-чан! — вскинулась девушка, услышав произнесенное шепотом окончание фразы и проследив за направлением моего взгляда.
Из-за резкого перемещения пациентки в сидячее положение, одеяло свалилось и открывался просто прекрасный вид на грудь старшей Инузуки через полупрозрачную ночнушку. Если несколько минут я мужественно боролся с норовившим соскользнуть с лица взглядом, то дальше искушение стало слишком сильным, а язык последовал за появившимися мыслями. Точнее, позволил себе такую слабость. Наконец «заметившая» собственный, слишком провокационный вид, Цебами чуть порозовела, но и не подумала прикрыться, лишь усевшись ровнее и чуть выгнув спину, что еще больше выделило форму главной женской гордости сквозь ткань.
— О Ками, неужели прелести такой старой леди как я еще способны привлечь мужское внимание? — прикрыла рот ладошкой куноичи, стреляя глазками из-под затрепетавших ресниц.
Хмм, переигрывает, но и так прикольно!
— Мама, хватит с ним флиртовать! И прикройся! — завопила шокированная Тсуме.
— Ваша грудь великолепна, Цебами-сан, — ослепительно улыбнулся я в ответ, — готов поспорить, и все остальное окажется не хуже.
— Рью! Хватит клеиться к моей ка-чан! — Тсуме попыталась меня придушить.